Евгений САБУРОВ: ЛЕЧИТЬ НЕ СИМПТОМЫ, А БОЛЕЗНЬ
- Подробности
- Категория: Сабуров Евгений Федорович — досье
- Опубликовано 18.05.2019 09:37
- Автор: Super User
- Просмотров: 260
(Газета «Крымские известия» от 27 июля 1994 года)
Поводом для разговора стала поездка в Киев на инаугурацию нового Президента Украины. С Евгением Федоровичем Сабуровым мы перекинулись парой фраз о том, как тяжело придется Л. Кучме при формировании своего кабинета. Но мимолетный обмен мнениями начал перерастать в нечто интересное для журналиста. С разрешения вице-премьера я включала диктофон...
— Я участвовал в формировании нескольких правительств, поэтому могу сказать, что существует несколько моделей, основные — европейская и американская.
Поскольку в Европе существует ярко выраженная и сформированная партийная система, то в правительство приглашаются люди из списка, предложенного победившей партией. Как правило, министерский пост занимает человек не как профессионал, а как политик в соответствии со своим партийным рангом. Обычно все чиновники в министерствах остаются на местах, чем обеспечивается преемственность — это позволяет избежать резких поворотов в работе отрасли.
Например, в Австралии, где также применяется европейская модель, министр образования, с которым мне довелось беседовать, ничего в деле обучения и воспитания не понимает. Мой простой вопрос о дистанционном (заочном) образовании поставил его в тупик. На «профессиональном языке» я смог поговорить с начальником министерства, который в этой должности проработал четверть века при всех министрах и прекрасно знал все проблемы.
Такая модель позволяет победившей партии лишь на несколько градусов повернуть руль в отработанной схеме управления.
— А американская модель?
— Это — совсем другое дело. Когда меняется президент, меняются кадры до пятого уровня, до начальников главков. Подбор идет, прежде всего, по профессиональному признаку и по принципу личной преданности. Эта система позволяет стране делать резкие повороты в политике и экономике.
— А к какой модели ближе наша страна?
— Традиционно русская империя, еще до революции, формировала исполнительную власть по американской — профессионализм и личная преданность. Наше правительство, начиная со времен Петра I, политикой не занимается.
— «Наше» — включаете ли вы в это понятие и Крым?
— Конечно, Крым — неотъемлемая часть этого культурного пространства.
— Вы хотите сказать, что если бы у нас победившая партия стала настаивать на своем списке министров…
— Их вряд ли бы поддержало общественное мнение, да и сами депутаты. Посмотрите, как идет утверждение на те или иные посты больше всего кандидату задается вопросов именно в профессиональной сфере, но никак не в политической.
— Трудно сказать, какая модель предпочтительнее, у каждой есть свои плюсы и минусы. Но предположим, что Крым или та же Украина, которая стоит на пороге смены правительства, решит изменить традиционную модель. Сколько времени понадобится, какие усилия для этого нужны?
— Европейская модель характерна для стран с тысячелетними традициями правления. Хотя и там без исключений не обошлось. Когда Германия переходила к новой либеральной экономике, пригласили Эрхарда. профессионала, который и сделал реформу. Во Франции спасать экономику позвали Береговуа, хотя и партийного — социалиста, но исключительно по его профессиональным качествам. То есть, возможен некий симбиоз «партийной» и «профессиональной» моделей.
— Именно это происходит у нас? Блок, победивший на выборах в лице Мешкова пригласил в правительство профессионалов, но сейчас тот же блок начинает намекать, что на остальные посты в правительстве надо бы назначить по признаку партийному... Возможно ли совмещение двух моделей таким образом?
— Думаю, что такое сочетание нежизнеспособно. Осуществить реформы, выбрав европейскую модель, невозможно она не сработает в наших условиях. Хотя как я уже рассказывал, бывает симбиоз — но если вы заметили профессионалов могут пригласить в среду политиков, но никак не наоборот. Проведут политики реформы — с профессионалами расстаются. Кстати, те списки, которые составляли наши партии, состоят не из политиков, а из профессионалов — точнее, это представление партии о том, какими они должны быть.
Партийные традиции европейских стран вытекают еще из одной вещи: там принята многопартийность, а она делает невозможной победу одной партии и, чтобы иметь большинство в парламенте, нужна коалиция. Но и Европа начинает тяготеть к американской модели, поскольку там уже распространяется двухпартийная американская система.
Что это такое? Это две партии, отличающиеся друг от друга лишь степенью признания необходимости государственного участия в экономике. Либеральные партии — республиканская в Америке, консервативная в Англии, ХДС в Германии — придерживаются взглядов на минимизацию присутствия государства в экономике. Партии социалистического толка — демократы в США, лейбористы в Англии, социал-демократы в Германии, социалисты во Франции настаивают на большем участии государства в экономике. Это вопрос щита и меча — когда человек идет на битву, обращает внимание на щит и меч. Если щит слишком тяжел, сражаться неудобно человек терпит поражение. Если слишком мал — человек становится открыт ударам.
Европейская и американская цивилизации в партийном отношении развиваются путем синусоиды. Вначале республиканцы ведут к подъему экономики, но растет преступность, появляется много незащищенных, безработных. Тогда приходит демпартия, связанная с профсоюзами. Как результат — усиливается социальная программа, но экономика деградирует. В этом случае лучше подобрать профессионалов, а не политиков, Считаю, что американская модель наиболее прогрессивна, не думаю, от этой схемы. Например, страны Балтии попытались перейти к европейской системе, но не получилось, вернулись к прежней. В Белоруссии Лукашенко в министры набирает только профессионалов.
— То же самое в Крыму и в Украине?
— Возможно, Кучма сменит достаточно много министров, но не потому, что они «не из той партии», а потому, что они его не устраивают с профессиональной точки зрения.
— Собственно, Кучма не партийный кандидат. Межрегиональный блок реформ, который он создал с Гриневым, партией назвать нельзя...
— Непроясненность партийной структуры делает более проблематичной европейскую модель. Вот в Крыму победил блок «Россия». Меня обвиняют, что я не знаю партийной структуры в Крыму. Пытаюсь разобраться, слежу за выступлениями партийных депутатов в парламенте и ничего не могу понять: Балла и Шевьев с Данеляном выступают в одной связке. Я думал, что они из одной партии, но меня уверили, что они из противоположных. С другой стороны, Клычников и Никулин, вроде, из одного блока, но взгляды у них достаточно разнятся.
Когда мне говорят о победившем блоке «Россия», я считаю, что это предвыборное объединение, которое ставило задачу выиграть выборы, привести Мешкова к власти, самим занять места в парламенте — это нормальная задача, и блок ее выполнил. Но в парламенте надо выражать свои взгляды, не связанные партийной дисциплиной. Иначе получается парадокс: тот же депутат Круглов, сторонник блока, сделал заявление, что он против контактов с Москвой! Но Россия без Москвы — это нонсенс!..
— Да, если продолжить вашу мысль — те же сторонники одного блока никак не найдут понимание в вопросе отношения к правительству...
— Так называемое противостояние между парламентом и правительством в значительной степени надумано. По всем ключевым вопросам ВС нас поддерживает. Да, есть какие-то личные вопросы, некоторая несогласованность в понимании того, где должно быть правительство: в зале или на своих рабочих местах. Но давайте учтем, что для любого парламента нужно минимум полгода для «вхождения» в ситуацию. Мудрость американского законодательства заключается в том, что у них парламент переизбирается не полностью, а по частям, чтобы соблюсти преемственность.
Нам же нужно терпение. Результаты голосования чаще говорят больше, чем выступления. Нельзя писать, что парламент долго не утверждал правительство — наоборот, ВС немедленно его утвердил, сейчас идет просто затяжка с представлением персоналий. И потом, не пора ли прекратить разговоры о «московском правительстве»? Москвичей там мало, в основном работают крымчане. Я думаю, что, несмотря на то, что есть депутаты, из-за принципа выступающие против правительства, это не мешает ВС идти нам навстречу постепенно разграничивая функции.
Крым, к сожалению, пока идет за Украиной, где парламент берет на себя все руководство, включая вопросы производства гвоздей. Но есть и другая система — российская, где правит правительство, а Госдума имеет законодательные функции. Может быть, ее права урезаны больше, чем требуется, но это реакция на безвластие, которую создал съезд российских депутатов. Для нас неприемлема ни та, ни другая модели. Хочется избежать ошибок, но... Правительство допускает резкие выпады против парламента, а некоторые члены парламента — против правительства. Это несомненное препятствие для нормальной работы.
— Это задевает чисто в психологическом плане или мешает работе?
— Это уже не психология, когда тебя обвиняют неизвестно в чем. Мы понимаем ситуацию, просим депутатов более осознанно подходить...
Хочу сказать об одном требовании блока «Россия» — возврате к рублевой зоне. Имелось в виду, что купонная ситуация вредна для экономики Крыма: дает высокий уровень инфляции, падение покупательской способности, невыполнение функции накопления. К тому же разница в денежной системе сильно повлияла на предприятия Крыма, которые не могут нормально взаимодействовать с Россией. Лечат не симптомы, а причины болезни, поэтому мы ввели свободный курс валюты, изменения в банковскую систему в вопросах оплаты, платежей, серия соглашений с Россией снимает эту проблему по многим товарам — это все нужные шаги для объединения экономического пространства. Но рублевая зона... Пример Белоруссии в этом вопросе показателен.
По сути, требование возврата Крыма в рублевую зону — это требование к Центральному банку России. А это не так-то просто. Но надо действовать. Всякая изоляция Крыма вредна. Те, кто тормозит крымские реформы, предлагают экзотические варианты приватизации, что работает против возвращения Крыма в рублевую зону. Член блока «Россия» не может требовать изоляции Крыма в плане приватизации — это означает, что он выступает против программы блока.
Я-то как раз разделяю программу, делаю все для ее реализации. Убежден, что в депутаты, которые опасаются прихода российского капитала, противостоят связям с Россией. Если боимся, что сюда кто-то пойдет, то давайте гнить изнутри. Если же речь о серьезной реформе, то давайте решать с точки зрения принятой парламентом программы. Блок «Россия» пришел на лозунге перемен, но любая перемена сегодня вызывает подозрение...
— Но, согласитесь, не у всего парламента, а, скажем так, у отдельных депутатов. Кстати, нет ли у вас желания подать на некоторых в суд за клевету?
— Такой ситуации не исключаю, но еще немного подожду. Когда один депутат Госдумы России оскорбил другого, его на полгода лишили слова. В парламенте должна быть какая-то комиссия по этике...
— Вернемся к Украине: достаточно ли у нового Президента людей в команде?
— Таких спаянных команд, как в Америке, у нас никогда не будет. У нас могут люди из одной команды, а вести себя противоположным образом, а люди из разных — идентично. Поэтому термин «команды» — не наш. Я знаю, что у Кучмы большие трудности с кадрами, прежде всего, в профессиональном плане: многие функции брала на себя Москва, перекачивая лучших специалистов себе. В данной ситуации вполне оправданно приглашение иностранных консультантов. И не только их. Например, тот же О. Сосковец после распада Союза успел поработать вице-премьером в Казахстане, потом министром России, а сейчас он — вице-премьер там.
— Может ли Крым предложить кого-либо Кучме?
— Если говорить абстрактно – конечно. Но у Крыма свои задачи.
— А Крым был бы заинтересован отправить в правительство Украины своих специалистов?
— Не думаю, что в ближайшее время это произойдет. Самим люди нужны.
И. ГАВРИЛЕВА