Николай ГОЛУБЕВ: «Я ЗНАЮ, КТО ЗАЩИЩАЕТ ДЕРИБАН ЗЕМЛИ В КРЫМУ»
- Подробности
- Категория: Голубев Николай Павлович — досье
- Опубликовано 01.12.2016 13:09
- Автор: Super User
- Просмотров: 324
(Газета «Крымское время» от 10 июля 2008 года)
Николай Голубев занимает пост председателя Рескомитета по земельным ресурсам Крыма с мая 2005 года. Должность эта в составе правительства, возможно, одна из самых неспокойных: лавировать между политикой и экономикой, законом писаным и неписаным, интересами простых граждан, тех, кто «равнее равных», и сильных мира сего сложно, а ведь наверняка приходится. Пока Николай Павлович со всеми стоящими перед ним задачами справляется — раз его деятельность не вызывает особых нареканий ни со стороны крымского и киевского руководства, ни со стороны правоохранителей. с этой темы и начался наш разговор с Голубевым.
— Место такое, что и прослушки ставят, и присматривают, — рассказывает глава Рескомзема. — Во мне видят потенциального коррупционера. Конечно, у меня есть какие-то слабости, кто не работает, тот не ошибается, но это не значит, что я беру взятки! Вы, наверное, слыхали: мол, к Голубеву чтоб за подписью идти, надо нести деньги...
— Нет, не слыхала, может, потому что за подписью к вам ходить не приходилось!
— Говорят, говорят. Но у нас в комитете такого нет и никогда не было. Здесь у людей неплохой заработок, премии, хоть мы и не шикуем. Вообще, нормальный чиновник не может жить так широко, чтобы иметь квартиру в центре, в элитном доме. А вы посмотрите, например, где живут некоторые наши чиновники, на зарплату которых, казалось бы, можно питаться только хлебом и молоком.
— Но самозахватами, по крайней мере, занимаются не они?
— Сегодня, кто бы как к этому ни относился, у нас в этом вопросе существует взаимопонимание с так называемым меджлисом — со старейшинами крымских татар, которые сформировали совет при президенте. Мы прекрасно знаем, сколько еще крымским татарам надо выделить земли. Сегодня все они живут, слава Богу, под крышей, но ввиду того, что семьи увеличиваются, не хватает определенного количества участков, в общей сложности примерно 600 — 800 гектаров. Тем же, что сегодня творится на самозахватах, занимаются группы, которые самоутвердились на обманутом народе. Это группы Военного, Аметова и другие, которые выступают стихийно. Тем, кто идет за ними, внушают, что только таким способом можно получить участок земли. Если мы решаем проблемные вопросы последовательно, то эти группы, к сожалению, продолжают раскручивать колесо противостояния.
— Зачем им это надо? Что ими движет на сегодняшний день?
— Первое, хоть, может, и не самое главное в этом вопросе, — его политическая значимость. Люди борются за то, чтобы стать вождями у определенной части народа. Второе, и основное, — это бизнес. Идет скрытая скупка паев как славянским, так и крымскотатарским населением. Однако больше всех этим прибыльным делом занимаются магнаты, те, кто имеет большие деньги. Будем откровенны: те люди, кто уже заработал на земле, продолжают скупать ее и дальше. В этом можно обвинить и крупных чиновников, и хозяйственников, и предпринимателей. Причем нет ни одного крымского татарина, который скупал бы землю такими гектарами, как это делают в том же Симферопольском районе. Я имею в виду сады,которые распаеваны и скуплены в совхозе «Пригородном», участки в районе Николаевки, а теперь и в бахчисарайском районе — на сегодняшний день дерибан активно перекочевывает в этот сектор. В будущем он даст возможность делать деньги, поднимая при продаже цену на землю в два-три раза.
— А какова сейчас реальная цена на землю?
— Ну, например, на черном рынке в Симферопольском районе цена на землю за четыре года выросла с 1—2 до 15—17 тысяч долларов за сотку. Участки на самозахватах стоят меньше — 6—8 тысяч долларов. Но все равно это немаленькие деньги, так что бизнес процветает, хоть и не в таких больших объемах, и среди крымских татар. Группы самозахватчиков на этих деньгах и держатся.
Я не знаю, почему Киев не хочет понять, что все проблемы с крымскими татарами связаны с отсутствием законных документов. Мы до сегодняшнего дня даже не знаем, как этих людей правильно называть: депортированные они, или вернувшиеся на свою коренную родину, или еще кто-то и до какого поколения они будут считаться депортированными? Необходимо принять закон о статусе крымских татар, необходимо установить рамки их обустройства в Крыму.
Сегодня проблемы с выделением земли крымским татарам не существует: элементарный сравнительный анализ показывает, что в результате земельной реформы в среднем одному крымчанину не крымскотатарской национальности под те или иные нужды предоставлено 0,677 га земли, а крымскому татарину — 0,829 га. Так что, возможно, проблема с выделением земли славянам, грекам или немцам стоит гораздо острее. И, кстати говоря, проблема самозахватов тоже ведь не ограничивается интересами национальных групп. Есть самозахваты, которые происходят под крышей больших людей из Верховной Рады, имеющих своих людей в поселковых советах, в правоохранительных органах, в прокуратуре, среди тех, кто контролирует выделение земельных участков на ЮБК. Когда люди по 25 — 30 лет работают председателями поссоветов, а здания, сооружения, улицы в этих поселках как были в ужасном состоянии, так и остаются, что можно сказать по этому поводу? Если бы они деньги, полученные от продажи земли, не клали себе в карман, а направляли на благоустройство, состояние населенных пунктов улучшилось бы раз в 150. А так происходит механическое доение миллионщиков, а мы задаемся банальным вопросом: почему люди не сидят в тюрьмах?
— Некоторые сидят...
— Не сидят, потому что деньги дают тем, кто их должен посадить!
— А недавняя история в Партените?
— Пусть с этим разбираются те, кому положено, но, я полагаю, в будущем эта история прогремит, как бомба, окажется, что это подлог. Кто-то захотел протрубить и прокричать на всю Украину: мы поймали взяточника. А ведь это мизер, я бы сказал, дутая ситуация. Землю там никто не выделял и не продавал, человек продавал корпоративные права на фирму. Земли у него не было, вот в чем суть. Я же лично себя при этом чувствую очень плохо, потому что опять все кричат: в земельных вопросах коррупция, снова в Крыму дерибанят землю!.. Но я же знаю, кто ее дерибанит, и знаю как! Только что говори, что не говори, что подавай материалы, что не подавай... Воз и ныне там. Правоохранительные органы погрязли в такой коррупции, что и представить сложно. Некоторые региональные прокуроры продолжают держать земельный вопрос под «темным» контролем (мимо кассы не пройдешь). А в судах что творится! Направляя иск, мы уже заранее знаем, что не выиграем, потому что мы заплатим 3800 гривен, а тот, на кого подаем, — 38 тысяч долларов. Условно, конечно, но есть же разница?.. В государстве правовой нигилизм достиг предела.
— Можете вы назвать еще какие-нибудь конкретные раздерибаненные объекты?
— Ну, например, тот же совхоз «Евпаторийский», который украли два народных депутата, их имена можно и не называть, их и так все знают. Взяли и украли 40 гектаров.
— А на ЮБК еще осталась свободная земля?
— В границах населенных пунктов земли под выделение практически не осталось, надо переводить из одной категории в другую, например, сельхозугодья отдавать под хозяйственную деятельность. Реально на побережье земли сегодня нет, все выделено, и сотка в этих местах стоит уже под 60 тысяч долларов.
— Какова ситуация в Ливадийском поселковом совете, на территории которого находятся такие проблемные объекты, как площадка на плато Ай-Петри или зоопарк «Сказка»?
— Ливадия — особо опасный регион. Очень специфический, регион X. Там существует настолько плотный симбиоз различных интересов, что победить его на уровне Крыма невозможно; это дурная трата времени, только подставляешься сам. Вообще, что-либо давать человеку бесплатно, я считаю, неправильно. Хоть три копейки он должен был бы заплатить. Всем и все дается одним Богом. Государство же, которое фактически для человека является деспотом, вымогая налоги, должно при этом выступать и его защитником. А как, с чего? Нельзя сегодня пять участков давать бесплатно. Нельзя! Тем более разве каждый реально может получить эти пять участков? Нет, не каждый...
— По закону, однако, мы можем прийти и подать заявления на их получение. Если представить себе, чисто гипотетически, что все население автономии вдруг так и поступило? Что тогда делать будете?
— Проведем линию от Черноморского через Симферополь до Ленине Выше, севернее, земли на всех хватит, а вот ниже...
— Своего рода демаркационная линия?
— Да-да. Только мы еще не знаем, сколько наша земля стоит. 17 процентов земли осталось у государства, вся остальная продана-куплена или находится в аренде на 49 лет. Но даже по тем участкам, которые остались, нужно сначала провести зонирование, привести территорию в порядок, определить возможность ее использования. Вон, попробуйте в Италии в парке дом поставить — ничего не выйдет. А у нас в Мисхорском парке из 37 гектаров осталось 10. Где ж остальные 27? О чем говорить, если на сегодняшний день в охранной зоне Юсуповского дворца Кореизский поссовет выделил 10 участков под строительство коттеджей и два больших участка под строительство многоквартирных жилых домов? Мы это решение опротестовали, подали в суд, но суд не выиграли. Сейчас вот пишем уже в третий раз. Кто-то же это лоббирует, курирует? Если администрация президента это лоббирует и курирует, то, вы меня простите, пожалуйста, где нам искать правду? К кому можно прийти и сказать: помогите?
— Остается ждать, когда все окончательно разойдется по рукам?
— Видите ли, я согласен, чтобы все распродали, но это должно происходить в рамках одного градостроительного документа, красиво, изящно. Город должен умирать вместе с главным архитектором и возрождаться с новым, как и сад с одним садовником. В Крыму сейчас, по крайней мере, есть определенная стабильность в земельных отношениях благодаря четкой позиции Верховного Совета и Совмина автономии. В то же время я работаю уже при четвертом министре земельных ресурсов Украины, а в государстве должна быть одна политика, одна концепция. Казахи вон за три с половиной года провели у себя инвентаризацию всей земли.
— А мы уже лет десять об этом говорим.
— И будем говорить! Без денег этого не сделаешь, а все работы дорогостоящие, между прочим, нужно 180 миллионов гривен. Проблема Крыма — это проблема всего украинского государства. Пока не будет на государственном уровне решен вопрос по кадастру и по инвентаризации земли, пока не будет работать 22 статья Бюджетного кодекса, толку не будет. Можно купить в магазине за рубль то, что стоит семь? Нельзя. Так и эту работу нельзя сделать без денег. Сегодня всей Украине, всей Москве, всему Питеру хочется быть в Крыму, и элитные места под коттеджи должны стоить сумасшедших денег; в противном случае на том же месте можно построить многоквартирный дом. Нужно уметь считать. Земля, как и деньги, положенные в банк, всегда будет давать прибыль, но, я повторяю, тут должна быть государственная политика.
Валентина КРАСНОПОЛЬСКАЯ