В СУДЬБЕ ЧЕЛОВЕКА ОТРАЗИЛАСЬ ПОЛУВЕКОВАЯ ИСТОРИЙ НАРОДА
- Подробности
- Категория: Джемилев Мустафа — досье
- Опубликовано 02.08.2017 11:06
- Автор: Super User
- Просмотров: 236
(Газета «Голос Крыма» от 11 января 2002 года)
496 страниц книги «Шестой процесс Мустафы Джемилева» (Материалы следствия и записи судебного процесса 1983-1984 гг. г. Ташкент), изданной в 2001 г. в Симферополе, — это не подведение итогов жизненного пути, как бывает в экономической деятельности, когда соберут урожай или продадут продукцию и подводят итоги сезона или года. Я прочел книгу с интересом, не испытав чувства усталости. Почему? Потому что в ней отражена жизнь крымскотатарского народа, поднявшегося на чужбине на бескомпромиссную борьбу с жестокой и беспощадной властью, добиваясь возвращения на родину, в Крым.
Небольшой отрезок времени из жизни одного человека, как прожектором из темноты, выхватил из мрака картину вздыбившегося в своей борьбе сильного духом крымскотатарского народа. Все описанные события прошли на глазах нашего народа, и Одни люди были их участниками, а другие созерцателями. Крымскотатарскому народу всегда приходилось вести борьбу за экономическое выживание и полноту политических прав, причем второе отнимало основные Силы. Экскурс в прошлое поможет лучше понять сегодняшние процессы.
Депортация 1944 г. поставила народ на грань катастрофы. Основная масса нашего народа считала, что руководство страны было неправильно информировано об участии крымских татар в войне с фашизмом, потому и приняло жестокое решение. Надеялись, что за пару месяцев власть разберется, что к чему, и народ вернут на родину. Когда из ряда населенных пунктов Узбекистана подняли часть крымских татар и погрузили в вагоны, люди решили, что возвращение в Крым началось. Какая наивность! Вагоны погнали в Таджикистан и там рассеяли наших соотечественников в основном по сельской местности. Опять ошибка? После смерти Сталина был снят комендантский режим. В 1956 г. осудили культ личности Сталина и появилась возможность репрессированным народам вернуться на историческую родину. Крымских татар, поволжских немцев, месхетинских турков это не коснулось. Наш народ недоумевал, содеянное нельзя было осмыслить понятиями логики. Указ от 5 сентября 1967 г. не осуждал фашистскую практику обвинения целых народов в измене или неполноценности. Указ не открыл нашему народу дорогу в Крым, лишал его права требовать возврата имущества, конфискованного при выселении. Власти СССР сделали все, чтобы закрепить крымских татар в ссылке. В середине 1960-х годов набравшее силы крымскотатарское национальное движение все еще ориентировалось на написание «Обращений» к руководителям партии и советского правительства с настоятельной просьбой по-ленински решить наш национальный вопрос. Высший эшелон власти решать его, видимо, не намеревался, поэтому маневрировал, шел на провокации, организовывал судебные процессы над активистами и участниками национального движения, пытался раздробить движение изнутри, одобряя молчаливое бездействие одних и называя других «отщепенцами, портфелистами, карьеристами, самозванцами». Одновременно организовывали переезд в Крым по вербовке двух-трех семей из каждого района в год. И в то же время пытались навязать крымским татарам идею автономии в Джизакской или Каршинской степях, которые надо было осваивать. Мнения и согласия на это узбекского народа никто не спрашивал.
В начале 1970-х годов в национальном движении обрела реальную форму идея обратиться за помощью к прогрессивной мировой общественности. Мнения людей опять разделились. Одни считали это последней возможностью побудить тоталитарное государство прислушаться к требованиям народа. Другие возражали, опасаясь усиления репрессий в результате которых уже сотни представителей крымских татар — честнейших и чистейших людей, олицетворявших совесть народа, — были осуждены на разные сроки лишения свободы. Упорство, противостояние с властью было в той же мере перенесено на отстаивание своей точки зрения внутри национального движения. Никто не хотел уступать. Наметились трещинки в отношениях между представителями регионов. Тогда, в 1970-х годах, организаторам и руководителям национального движения Джеппару Акимову, Бе-Киру Османову и другим удалось все же сохранить единство регионов. Джеппар Акимов, человек великой души и большой эрудиции, стоя на позициях разрешения проблем нашего народа возможностями высших органов власти, не только не препятствовал, но и содействовал налаживанию каналов связи со свободной западной печатью, чтобы использовать их возможности будировать мировое общественное мнение. Потому в Амстердаме в 1970-х годах была издана книга «Ташкентский процесс», приоткрывшая завесу советской пропагандистской лжи. Потом наступили трудности начала 1980-х годов. Джеппар Акимов уже отсидел «свои 3 года» в Красноярском крае. Вспоминал, что там ребята, работавшие на кухне, давали ему через день по одной луковице, а иногда и полстакана молока для поддержания здоровья. Будучи больным, уже в постели, он не терял время и работал над словарем, чтобы сохранить язык для потомства, обращался к генсеку Ю. Андропову и был озабочен состоянием того наследия, которое народ оставляет подрастающему поколению. Уже в середине 1970-х годов он понял, что социалистическая система исчерпала свои экономические возможности, а в начале 1980-х у него как-то вырвалось: «Мы упорно боремся за возвращение в Крым, но когда это случится сегодня еще не ясно», поэтому считал нужным вооружить молодое поколение крымских татар знанием своей правдивой истории.
Потом пришли М. Горбачев, перестройка, гласность и пробил час наиболее решительной части крымскотатарского народа, хлынувшего в Крым и фактически бравшего его штурмом, не в военном, а в гражданско-правовом смысле этого слова.
В начале 1990-х годов очень хотелось, чтобы активные участники национального движения дали критическую, объективную оценку пройденного пути, чтобы не ошибаться сейчас, не тратить силы на холостые ходы. Участие в нескольких встречах ветеранов национального движения картину не прояснило.
Никто не хотел ни уступить, ни отступить, критически оценив свою позицию. Потому, все же при чьем-то старании, удалось вычленить в национальном движении «аксакалов» и другие мелкие платформы, которые готовы вести вечный бой между собой. Не расточительна ли такая градация сил для немногочисленного народа, еще не решившего многие свои проблемы?
Я далек от идеализации какого-либо крыла крымскотатарского национального движения, но придерживаюсь позиции сплочения этого движения во имя достижения общенародной цели — реально участвовать в управлении национальной территорией как коренной народ этой земли, самим решать свою судьбу, не ущемляя ничьи интересы, сохраняя мир, согласие и обеспечивая благополучие каждой семье, живущей в Крыму.
Оглядываясь назад, давать оценку событиям прошлого легче, чем предвидеть их развитие даже в ближайшем будущем,
Изменились времена, иные векторы сил содействуют или противостоят сегодня решению задач крымскотатарского национального движения. Каким путем надо идти дальше? Версий много. В поисках ответа я листаю книгу «Шестой процесс...». Перед глазами проходят строчки из показаний свидетелей, обвинителя и защитительной речи подсудимого М. Джемилева: «Союз нерушимый республик голодных схватила за горло великая Русь» (стр. 434). Из протокола допроса обвиняемого Джемилева М. от 24 августа 1983 г. (прокуратура г. Ташкента): «Одни, например, уверены, что добиться решения нашего вопроса можно лишь унизительными просьбами, выражением своего верноподданичества и абсолютной приверженностью к коммунистической идеологии» (стр. 276). «В письме говорится о бессмысленности объединения... с конкретными типами лиц, стоящих на коленях перед теми, кто плюет на его национальное право, и воюющих лишь со своими соотечественниками» (стр. 277).
Вопрос (судьи — А. С. ): «Скажите, разве деятельностью Лавута, Григоренко, Сахарова является защита крымских татар, а не выступления против реального социализма? Почему вы пытаетесь свои личные симпатии к этим отщепенцам навязать всему крымскотатарскому народу?» Ответ: «... А. Лавут, А. Костерин, П. Григоренко и А.Д. Сахаров многократно выступали в защиту прав крымских татар и были репрессированы, в том числе и за эти выступления. Нерешенность национального вопроса крымских татар — это тоже реальный социализм» (стр. 277-278). «Если кто-то находится во враждебных позициях к советской власти, то это вызвано именно политикой советской власти, в частности, по отношению к крымским татарам» (стр. 278). «... Некоторые страны глушение передачей радиостанций расценивают даже как международное преступление — пиратство в эфире» (стр. 435). Из последнего слова подсудимого М. Джемилева: "Четырнадцать лет назад, в конце такого же шестидневного процесса в Ташкентском городском суде, в своем последнем слове я поклялся, что никто никогда и ни при каких обстоятельствах не заставит мен? отказаться от выполнения своего долга и обязанностей, налагаемых честью, совестью и национальным достоинством. Сегодня я вновь могу повторить эту клятву и надеюсь, что у меня будет достаточно душевных сил, чтобы не изменить этому принципу до конца своих дней» (стр. 449). Приговор от 15 февраля 1984 года Ташкентского горсуда гласил: «Три года лишения свободы в НТК строгого режима» (стр. 458).
Кто жил в те годы и не был в стороне от описываемых событий, воздаст должное мужеству этого человека и правильности избранного им тогда пути. Поэтому, когда наш народ избирал делегатов IV Курултая, я выступил в поддержку блока «Милли хакъ» («Право нации»), список которого возглавлял М. Джемилев и люди с похожей судьбой. Мою позицию никак не могла взять в толк Сатуре Каджаметова из «Маарифчи», высказавшаяся об этом публично. Прочитавшим в газетах «Къырым» и «Янъы дюнья» книгу «Шестой процесс…» легче будет разобраться в бурных событиях нашего времени у свое отношение к отдельным людям, тем более лидерам, базировать не на основе слов а на учете их реальных дел.
В 1970-80 гг. решение крымскотатарского национального вопроса перестало быть делом одной этнической группы и стало обшей проблемой и задачей международного демократического движения. Мустафа Джемилев и другие активисты тогда разработали стратегию сотрудничества с правозащитным движением в СССР и вывели национальное движение крымских татар ив международную арену Наш народ дал этому человеку свое имя, он отдавал своему народу Все свои силы — духовные и физические.
Адиль СЕИТБЕКИРОВ