Сергей ЦЕКОВ: «Я НЕ МОГУ СЕБЕ ПРЕДСТАВИТЬ, КАК РУССКИЕ БУДУТ УЕЗЖАТЬ ИЗ СЕВАСТОПОЛЯ»
- Подробности
- Категория: Цеков Сергей Павлович — досье
- Опубликовано 17.07.2019 10:04
- Автор: Super User
- Просмотров: 141
(Газета «Крымское время» от 23 ноября 2006 года)
Мы беседовали с Цековым в Судаке, в кулуарах игры «стратегические ориентиры развития Крыма», участники которой проектировали будущее нашего полуострова на пять лет вперед. Цекову в этой забаве выпала роль эксперта. И вот, пока игроки проектировали разные модели будущего Крыма, я начал разговор с Сергеем Павловичем с прошлого — ибо тому, кто не знает своего прошлого, нечего надеяться на светлое будущее.
— Сергей Павлович, вы были одним из главных участников событий, потрясших полуостров в 1994—1995 годах. Как вы понимаете, я имею в виду победу Мешкова на выборах президента Крыма, а затем его «свержение» и утрату республикой большей части своих полномочий. Скажите, пожалуйста, а мог ли вообще Крым тогда выиграть в противостоянии с Киевом?
— Именно потому, что я участвовал в тех событиях, я могу сказать, что на самом деле у Крыма не было в те годы никаких особенных полномочий. После распада СССР Украина была очень слабым государством. У нее были большие проблемы с атрибутами государственности, прежде всего, с работой силовых структур, и, соответственно, не было возможности приструнить Крым. Однако к 1994 году Украина как государство уже окрепла. Да, в 1994 году, когда я стал председателем Верховного Совета Крыма, мы вроде бы пришли к власти, но на тот момент нам уже не подчинялись ни милиция, ни Служба безопасности, ни национальная гвардия, ни банки, ни телеграф — знаете, почти по Ленину. То есть мы вроде бы были у власти, однако реальных рычагов для того, чтобы эту власть использовать, у нас не было. Хотя, конечно, не обошлось и без наших ошибок. У нас была идея, был романтический революционный порыв, но не было ни настоящей команды, ни связей, ни опыта, в том числе опыта интриг.
— Не хотите ли вы сказать, что падение президента Крыма было неизбежным, кто бы этим президентом ни стал?
— Не буду кривить. Это многие понимают. То, что произошло в 1994 году, было практически неизбежно. Другое дело, что, может быть, мы могли проиграть более достойно, не с таким уроном и для русской идеи, и для себя лично. И у нас не было бы того провала, который мы пережили с 1994 по 2006 год. Сейчас мы все-таки постепенно восстанавливаемся...
— Можно ли считать, что на парламентских выборах 2006 года в Крыму победили прорусские, пророссийские политические силы?
— В чем я абсолютно уверен, так это в том, что будущее в Крыму за людьми наших — пророссийских — взглядов. Но я бы не сказал, что 2006 год — это наша победа в полном смысле этого слова. Я бы сказал, что это начало победы. Мы в начале пути. Мы однозначно выиграем через пять или через десять лет. Иначе просто быть не может. Наш выигрыш в будущем так же запрограммирован, как был запрограммирован наш проигрыш в 1994 году. При этом я хочу подчеркнуть: это не означает, что выиграет конкретно Цеков или конкретно Русская община. Это означает, что победу в Крыму одержат люди наших взглядов, нашей идеологии. И желательно потратить на это как можно меньше времени, потому что на самом деле это в интересах и Крыма, и Украины, и России.
— Ваши оппоненты из менее влиятельных русских организаций — Александр Ткаченко, Семен Клюев, Анатолий Лось и некоторые другие — обвиняют вас в том, что вы предали русское движение, слив Русскую общину Крыма с олигархической Партией регионов, которая далека от интересов простых людей и уж тем более русских в Крыму.
— Я многих из этих людей знаю, и думаю, что они не совсем искренни в защите русской идеи как таковой. Они больше любят не русскую идею, а себя в русской идее. У нас в Русской общине Крыма такого нет. За долгие годы мы выработали ряд принципов, один из которых — никогда не критиковать другие пророссийские организации и их лидеров. Обратите внимание, о нас говорят много плохого, меня действительно обвиняют чуть ли не в предательстве, однако с нашей стороны нет ни одного заявления, ни одного выпада в адрес какого бы то ни было руководителя, даже такого, который, может быть, и стоит того.
Другой принцип Русской общины Крыма — это принцип надпартийности. Мы объединяем людей не только разного возраста, пола, социального положения, но и разных идеологических взглядов. И на последних выборах мы этот принцип очень успешно реализовали. На сегодняшний день членами Русской общины являются 18 депутатов Верховного Совета Крыма (между прочим, есть шансы это число увеличить), и лишь 7 из них состоят в Партии регионов. Среди остальных депутатов — членов Русской общины — члены Русского блока, ПСПУ, те, кто прошел по списку Компартии, и беспартийные.
Что же касается именно нашего сотрудничества с Партией регионов, то мы стали тесно работать с ней во время так называемой оранжевой революции. Вы помните, что тогда происходило, как разбегались многие из соратников Януковича, а мы его активно поддержали. Мы договорились с Виктором Федоровичем о том, что поддержим Партию регионов, но это не приведет к каким бы то ни было ограничениям в деятельности Русской общины. До сегодняшнего дня эта договоренность соблюдается. Сегодня многие программные положения Партии регионов совпадают с программными положениями нашей общины.
— Сегодня на полуострове существует несколько десятков организаций, в названиях которых присутствуют слова «русский» или «российский». В связи с этим давно уже говорят о расколе русского движения Крыма. Существует ли он? И если существует, то почему? Он инспирирован какими-то силами извне? Спецслужбами? Или это черта русского национального характера?
— Это заблуждение, будто в Крыму много русских организаций. Понимаете, можно, будучи нищим, называть себя олигархом, но это будет смешно. Что такое организация? Организация — это ведь не название и не устав. Организация — это прежде всего люди, это региональные ячейки по всему Крыму, это материально-техническая база, это представительство в органах власти, это конкретные дела, это разветвленные связи с Россией, это представительство в международных организациях российских соотечественников. В Крыму только одна русская организация, которая соответствует этим требованиям. Это Русская община Крыма. Да, в Крыму к нам есть претензии со стороны отдельных личностей, которые не реализовали себя ни в политике, ни в русской теме как таковой. Но показательно, что те, кто в России занимается связями с соотечественниками, признают только нас и работают только с нами. Нас приводят как пример на Украине. Нас приводят как пример в СНГ. Мы на сегодняшний день являемся самой крупной организацией соотечественников не только на территории СНГ, но и во всем мире.
— Вы участвовали в работе последнего Конгресса российских соотечественников в Санкт-Петербурге. Более того, вы можете выступать как эксперт в той политике, которую Россия проводила по отношению к своим соотечественникам в Крыму на протяжении всех лет после распада СССР.
— Да, я выступал на конгрессе, и мое выступление было довольно критичным по отношению к той политике, которую проводит Россия в отношении соотечественников. Я сказал о том, что Россия, решая свои, безусловно, сложные внутренние проблемы — социально-экономические, сохранения территориальной целостности, — соотечественниками занималась в очень незначительной степени. Гораздо больше внимания этой работе уделяло правительство Москвы. В частности, именно правительство Москвы создало международный совет российских соотечественников. И мне кажется, опыт работы этого совета уместно будет использовать координационному совету соотечественников, который наконец-то намерено создать МИД России.
— Как вы относитесь к переселенческой программе, которую сейчас намеревается реализовывать Россия?
— За пределами современной России есть только один-единственный регион, в котором этнических русских больше половины, а русских по языку — более 80 процентов и который обладает элементами государственности. Это Крым. Я понимаю необходимость принятия решения о добровольном переселении российских соотечественников в Россию из проблемных регионов, таких как Таджикистан, Киргизия, Грузия, Туркмения. Но я не могу себе представить, как русские будут уезжать из города русской славы Севастополя. У меня на конгрессе было другое предложение. Я сказал о том, что Россия должна разработать программу по оказанию помощи российским соотечественникам — русским, проживающим в Крыму. На мой взгляд, надо, наоборот, удержать русских в Крыму. А может быть, и обеспечить приезд в Крым русских с Украины.
— Русская община Крыма приняла участие в «Русском марше», несмотря на то, что эту акцию усиленно пытались представить мероприятием фашистского толка. Не боялись уронить репутацию?
— Может быть, кто-то и хотел представить «Русский марш» фашистским мероприятием, но на самом деле это не так. 4 ноября Россия отмечает День народного единства. Да, как и любая новая дата, он вызывает много споров. Но наше участие в «Русском марше» было вызвано именно сутью этого праздника. Что касается меня лично, то я 4 ноября присутствовал на приеме у президента России Владимира Владимировича Путина, организованного именно по случаю Дня народного единства.
— Участники семинара, в кулуарах которого мыс вами беседуем, будут прогнозировать будущее Крыма на пять лет вперед. А каким оно видится вам? Только не в свете прожектов, а в свете реальных политических процессов, развивающихся в Крыму и на Украине?
— И на Украине, и в Крыму через пять лет ситуация будет оставаться сложной. Прежде всего — из-за очень большой политической нестабильности в Киеве. Будет сохраняться напряженность в отношениях между Украиной и Крымом. По-прежнему заметную роль на Украине будут играть те политики, которые считают, что чем хуже в Крыму, тем лучше для Украины. По-прежнему будет разыгрываться крымскотатарская карта: татары — друзья Украины, а русские — враги. Но появятся и позитивные явления. В частности, я думаю, все-таки будет принят ряд решений, которые сделают русских и русскоязычных на Украине полноправными гражданами, а не людьми второго сорта, как сейчас.
— Русский язык станет государственным?
— Я думаю, произойдут очень большие подвижки в сторону придания русскому языку статуса государственного. По всей видимости, будет принята новая редакция закона о языках, которая, во всяком случае в ряде регионов, сделает русский язык полноправным инструментом во всех сферах общественной жизни — от государственного управления до судебного производства.
— Украина будет членом НАТО?
— Украина не будет членом НАТО. А отношения с Россией будут более тесными, чем сегодня. Хотя, безусловно, какие-то противоречия между Украиной и Россией все-таки сохранятся. Украинская политическая элита, независимо от идеологических взглядов, хочет большей самостоятельности, и Россия на данном этапе ее пока еще тяготит.
— Последний вопрос — не о политике, а, скажем так, о вашей «прошлой жизни». Вы по первому образованию врач, хирург. А аппендицит сейчас смогли бы вырезать?
— Думаю, с большим трудом, с большим трудом. Я последнюю операцию сделал в 1993 году. А более или менее интенсивно оперировал и вовсе до 1990 года.
Александр МАЩЕНКО