ЗВЕЗДНЫЙ ГОД ДЕПУТАТА СЛОНИМСКОГО
- Подробности
- Категория: Слонимский Яков Михайлович — досье
- Опубликовано 04.06.2019 16:52
- Автор: Super User
- Просмотров: 227
(Газета «Крымские известия» от 9 сентября 1998 года)
Председатель Постоянной комиссии ВР АРК по науке, образованию, делам молодежи и спорту Яков Михайлович Слонимский родился в 1928 году. В канун 70-летнего юбилея, который он отмечает сегодня, 9 сентября, выяснилось, что цифра «8», отсчитывающая десятилетия его жизни, была для него важной и счастливой. Так уж совпало, что в этом году исполнилось 40 лет его деятельности в Крыму и 20 лет — в должности директора Добровской средней школы. Еще одна памятная дата — 40 лет назад молодой Яков Слонимский влюбился в красивую девушку Тамару Королькову, которая через год стала его супругой, коллегой, другом. И новая веха, пожалуй, не менее знаменательная: в 1998 году Я. Слонимский избран депутатом Верховной Рады Крыма.
— Яков Михайлович, с юбилеем вас! Пусть их будет еще много-много в вашей жизни.
— Спасибо.
— Какую мудрость вы извлекли из прожитых лет, как надо поступать «юноше, обдумывающему жизнь»?
— Нас учили жить честно, работать добросовестно.
Но «хорошо живут», разъезжают на иномарках нынче другие — те, кто сколачивает капитал неправедным путем. Зависти к ним нет. Больно за потерянное поколение, растущее в пору разгула бандитизма, пропаганды насилия, секса.
— Вы надеетесь на возврат высокой морали и социалистических ценностей?
— Надеюсь. Идеи социализма по-прежнему живут и побеждают. Взять, к примеру, политику А. Лукашенко в Белоруссии.
— Чего было больше в вашей жизни — трудностей или везенья, хорошего или плохого?
— Хорошего было больше, ведь я служил и служу светлому делу воспитания детей. Что касается трудностей — вся жизнь, пожалуй, только из них и состояла. К тому же я и сам не избегал их, не искал легких путей. Мой год рождения — 10-летие советской власти. Все еще зыбко и неустроенно. Вскоре наступил 1933-й — голод, болезни, в то время мне было 5 лет. Единственное воспоминание — длинные очереди за хлебом и непроходящее чувство голода. Я из семьи военнослужащего. Жили в городе, где, в отличие от села, процветало попрошайничество, отовсюду сквозила нищета. А вот разгула преступности, как сейчас, не было.
Помню войну, как эвакуировались из города Прилуки, где жили с матерью, в Узбекистан. Должны были уезжать в пассажирском вагоне, чему посодействовали друзья. Однако сесть на этот поезд не сумели, хотя и захватили с собой всего пару чемоданчиков. Места не хватило. Мама сильно плакала. Нас пообещали отправить через несколько дней. И действительно мы уехали, но уже не с комфортом, а на товарняке — «500-веселом», как его тогда называли. Товарняк оказался «счастливым». Благополучно проскочил все огненные точки. А вот пассажирский, на который мы не попали, разбомбили под Полтавой. Говорят, мало кто там остался в живых.
— Вы верите в судьбу?
— Да! «Перематывая» назад пленку жизненных событий, я отмечаю в их случайности какую-то закономерность, о которой трактуют и философские законы. Например, отнюдь не зря мы с мамой попали в Фергане на квартиру к добрейшей женщине, а потом общались со многими чуткими людьми в Ленинабаде. Через них я познал силу истинного интернационализма, который всю жизнь затем пропагандировал среди взрослых, учил быть интернационалистами детей.
А разве не судьба уберегла от падения в пропасть, которое, казалось, было неминуемым? Работал я тогда директором школы в Солнечной Долине под Судаком. Возвращались с водителем с базы в сумерках, дорога скользкая, туман. Машину занесло на крутом повороте. Выскочив, мы увидели, что от обрыва колеса отделяли считанные сантиметры.
А вот еще ситуация к размышлению на эту тему. После отдыха в Кисловодске возвращался домой на самолете. Уже подлетели к аэропорту — вижу внизу знакомый пейзаж, а самолет все кружит и кружит. Рядом со мной сидел летчик морской авиации. Сначала шутил, меня подбадривал, а потом и он побледнел, поняв, что у самолета не выпускается шасси. Однако благодаря мастерству пилота (наверное, тоже не случайно за штурвалом «моего» самолета оказался ас) мы сели. Супруга, встречавшая меня в аэропорту, ничего и не заподозрила, хотя на площадке стояли наготове пожарные и медицинские
машины.
— Яков Михайлович, на выборе профессии — тоже перст судьбы?
— Я мечтал стать юристом. Но не адвокатом или прокурором, а следователем. Люблю докапываться до истины, анализировать, сопоставлять. Кстати, юридический в те годы был менее престижным, чем исторический факультет. Казалось бы, нет преград для мечты. Однако по семейным обстоятельствам пришлось на какое-то время уехать из дома и пожить в Барнауле у отца. А там юридического факультета не было, вот и стал историком. Предмет, правда, мне тоже нравился, не представлял только себя в роли педагога.
Но первый же год работы в школе в Черниговской области показал, что это мое дело: понравилось и преподавать, и общаться с детьми, а главное — дети понимали меня!
В силу разных объективных обстоятельств довелось сменить несколько школ, поработать с прекрасными людьми, высокопрофессиональными специалистами. Один из них — директор школы, а затем педагогического училища, заведующий облоно Е.Я. Белодед сыграл в моей жизни важную роль. Многими успехами в работе, а может, и в карьере, я обязан ему.
Кстати, о карьере. Сейчас говорят: надо ее делать. Я этим никогда не занимался. А если бы этот вопрос меня волновал, наверное, не оказался бы в Крыму, а занимал бы сегодня какой-нибудь важный чин у себя на родине.
—Но «чин»-то и в Крыму у вас – куда выше - депутат Верховной Рады, председатель Постоянной комиссии по науке, образованию, делам молодежи и спорту...
— Для меня и это свершилось без особых усилий.
— Возможно, этими «усилиями» стала вся ваша предыдущая деятельность?
— Я не люблю оценивать свою работу, предпочитаю, чтобы это делали те, кто меня окружает. Однако без ложной скромности признаюсь — Добровской школой в Симферопольском районе, которой руководил 20 лет, я горжусь.
— Один ученик о вашей школе сказал: «Она Добровская, потому что там все добрые...»
— Доброта в моем понимании исключает вседозволенность. Доброта должна быть разумной. Я запретил девочкам ходить в школу с кольцами, серьгами, мальчикам — с длинными волосами. Раз пришли учиться — ничто не должно отвлекать от учебного процесса. Я был ярым противником отмены школьной формы. Социальное неравенство, особенно в старших классах, сегодня как на ладони. В юном возрасте оно может привести к комплексу неполноценности, а то и толкнуть на преступление.
— Вы были таким же категорическим противником развала пионерской организации.
— Организацию мы сохранили. У нас до сих пор действует ленинский зал. Кто-то расценил это как вызов. Мне угрожали, называли фанатом. Пришлось обратиться в правоохранительные органы — неприятности прекратились.
— У вас коллектив единомышленников?
— Есть и единомышленники. В педколлективе 70 человек, разве заглянешь в душу каждому? Всем народом вон не смогли разглядеть в Ельцине, Шушкевиче, Кравчуке предателей идеи интернационализма, теперь и грузнем в массе проблем.
— Какая из них главная в работе Постоянной комиссии, которую вы возглавляете?
— Главная проблема, и не только у учителей, — невыплата заработной платы. Только что мне принесли сведения о том, что 16 школ в Симферопольском районе получили по пол-оклада, остальным выдали за апрель. А сейчас сентябрь. Серия судебных исков учителей ситуацию не изменила, ибо выход у нас один, и это все понимают, — пора поднимать экономику заводов, предприятий, производящих продукцию.
Наиболее критическое положение сложилось в школа» Красногвардейского, Ленинского районов.
Другая, не менее серьезная проблема — в нарушении вертикали подчиненности. Закон о местном самоуправлении разрешает органам госадминистрации назначать руководителей учреждений, находящихся на их территории и в их коммунальной собственности, в том числе и школ. А это ущемляет права Министерства образования, да и руководителей учебных заведений ставит в зависимость от взаимоотношений с главой администрации.
Еще одна важная проблема — кадры. Многие специалисты из-за экономической катавасии ушли в «челноки», в коммерческие фирмы и прочие денежные места. Выпускники вузов в школы работать не идут — непрестижно и невыгодно. Поэтому вакансии есть практически всюду. Особенно не хватает учителей украинского языка, истории, трудового обучения.
— Ваш взгляд на платное обучение?
— Отношусь отрицательно. Во всем мире стараются избегать платности, мы усиленно ее вводим, открываем дорогу в вузы посредственностям с «баксами» в карманах, а умные ребята из-за безденежья идут в грузчики и дворники.
— В связи с этим какой вы видите модель современной школы?
— Она должна давать всеобщее, фундаментальное образование, воспитывать патриотов, интернационалистов. Формировать всесторонне развитую личность. Нельзя разделять классы на «лириков» и «физиков», сильных и слабых. Более способные должны помогать менее талантливым.
— Можете ли сказать, что что-то упустили в прожитых годах?
— Я мог сделать больше, если бы не сосредоточивался на мелочах, не нервничал и берег свое здоровье. Наверное, плохо, что я пять лет не был в отпуске: хотелось, чтобы в школе было лучше и лучше, ведь она считается экспериментальной, открытой для студентов вузов, учителей со всей Украины, приезжающих сюда за опытом.
— Я думаю, вы этого добились. И награды государства — орден Трудового Красного Знамени, медали, звание заслуженного учителя Украины — та закономерность, к которой вы шли сквозь тернии случайностей.
Беседовала Лилия СЕНЬ