Михаил КОРНИЕНКО: «ОДНИХ УСИЛИЙ МИЛИЦИИ МАЛО...»
- Подробности
- Категория: Корниенко Михаил Васильевич — досье
- Опубликовано 09.09.2018 13:48
- Автор: Super User
- Просмотров: 162
(Газета «Крымские известия» от 13 февраля 1996 года)
С недавних пор фигура первого милицейского начальника Крыма привлекает пристальное внимание не только представителей средств массовой информации, но и просто обывателей. Во всех неудачах и просчетах мы привыкли винить первое лицо. Его же, как правило, и благодарить за редкую удачу. Но для того, чтобы подобное стало возможным, это лицо, простите за каламбур, нужно знать в лицо. Поэтому сегодня мы представляем гостя нашей редакции, недавно вступившего в должность начальника Управления Министерства внутренних дел Украины в Крыму, генерал-майора Михаила Васильевича КОРНИЕНКО.
— Начнем, пожалуй, с совершенно традиционного вопроса: как вы оцениваете криминогенную ситуацию, сложившуюся на сегодняшний день в Крыму?
— Я оцениваю ее как острую. Тот анализ, который мы провели, показывает, что в течение 10 последних лет эти процессы накапливались в нашем обществе, а в последние 5 лет они стали наиболее острыми. Сейчас криминальными структурами пронизаны буквально все сферы экономики и жизни.
— До назначения в Крым вы работали в Донецкой области. Можно ли сравнивать уровень преступности в этих двух регионах?
— Донбасс с криминогенной точки зрения тоже очень сложный регион. Он густонаселен, и, следовательно, там существуют социальные проблемы, порождающие преступность, уровень которой довольно высок и криминализация общества тоже.
В Донбассе мы давно привыкли к тому, что органы внутренних дел работали с большим напряжением. В Крыму этого не было. Раньше здесь, за исключением трех последних лет, обстановка была вполне нормальной, по милицейским меркам, даже благополучной.
Хотя нельзя, наверное, вообще сравнивать Донбасс и Крым, потому, что в этих регионах несколько разная природа преступности. Если брать чисто политическую сторону, Крым — это автономная республика, в связи с этим здесь существуют и совершенно иные политические институты, следовательно, и совершенно другие интересы. Донбасс же — просто одна из областей Украины, хотя и со своими особенностями. Но там нет той структуры государственной власти, которая существует в Крыму, нет и такой политической борьбы. Потому как именно она определяет многие моменты. Борьба за власть, будем прямо говорить, влияет и на состав криминальных структур, на их связи, на окружение политиков, а также тех, кто прорывается к ним.
— То есть вы хотите сказать, что в Донбассе преступность несколько «мельче»?
— Да, конечно. Здесь она больше замыкается на лиц, которые идут во властные структуры. Так сложилось, что и борьба за президентство этим сопровождалась, и борьба за депутатство, и т. д. Но должен сказать, что в Крыму очень много и общего с той ситуацией, которая складывается сегодня в Донбассе. В принципе криминогенные кланы существуют везде, и корни социально-экономического характера примерно одни и те же. Скажу вам, что в Донбассе тоже есть чем поживиться в экономическом плане.
— По многим оценкам, Крым на сегодняшний день является чуть ли не самым криминогенным регионом Украины. Вы готовы были к тому, что увидели на самом деле, или реальность даже превзошла ожидания?
— Да нет, я был готов к этому. Знал обстановку в Крыму, безусловно, не так глубоко, как сейчас, потому что у меня была несколько иная сфера деятельности. Я не занимался оперативной работой, а когда здесь познакомился с ней, то у меня просто укрепилось сложившееся мнение и, может быть, оно стало более конкретным. Главное то, что масштабы проникновения преступности во все сферы очень велики. Мы обладаем информацией в принципе по всем сферам деятельности криминальных структур. И уже начали ее реализовывать, возбудили несколько десятков уголовных дел. Дай Бог, чтобы хватило сил.
— Ну это небось опять по мелочам?
— Нет, все гораздо серьезнее. Просто это оперативная информация, о которой я пока не могу рассказывать. Но те уголовные дела, которые мы возбудили, касаются разных сфер деятельности организованных преступных групп масштабы которой, повторюсь, очень велики.
— Скажите, а ваш предшественник Виталий Николаевич Кириченко, уходя с этого поста, не выразил вам сочувствие! Может, быть, дал какие-то добрые советы?
— Конечно, и сочувствие выразил, и советами помог. Должен сказать и то, что он достаточно много сделал на этом посту. Хоть он и не милиционер, но хороший разведчик. Оперативные процессы он хорошо знал и многое сделал для того, чтобы провести ряд оперативных разработок, внедрений, и поставил оперативную работу на более-менее нормальный уровень. Именно при нем была собрана довольно емкая информация.
Серьезные разработки некоторых дел у нас уже ведутся, но пока мы не можем говорить ничего конкретного. Скажу только, что результат этой работы будет виден уже очень скоро. Мы выявили целый ряд лидеров, которые организовывали убийства в той же Керчи, установили большинство исполнителей, которые совершили преступления в конце минувшего и в начале этого года. Они находятся сейчас в розыске, думаю, что нам удастся их поймать. То же самое можно сказать по Симферополю. Здесь тоже выявлен ряд лиц, которые готовили и совершали убийства, но нужно определенное время, чтобы мы назвали их имена.
— Михаил Васильевич, а вы еще ниоткуда не почувствовали давления в связи с вашей деятельностью?
— Конечно, почувствовал. Правда, пока несколько опосредованным образом. Редко когда на меня пытаются давить напрямую. Ищут какие-то другие способы, к примеру, через знакомых. Но я человек категоричный и принципиальный в этом плане, я ничего не боюсь. Все то, что я наметил, будет сделано невзирая на лица. Что касается давления сверху, то его нет и не было. Со стороны всех должностных лиц Украины я чувствую только поддержку во всех вопросах.
Взять хотя бы тот факт, что Минфин выделил нам деньги, чтобы мы рассчитались с людьми по зарплате за декабрь и январь. Это здорово, потому что пока ни одна область Украины зарплаты своим сотрудникам за эти месяцы не выплатила.
— Вы верите в обещания некоторых высших должностных лиц Украины, что к 1996 году в стране начнется фронтальное наступление на преступность? Вообще это возможно в нынешних политических, экономических, социальных условиях?
— Что касается наших усилий, усилий милиции, правоохранительных органов, то это возможно, и многое для этого уже делается. В Крыму мы коренным образом изменили отношение личного состава к служебным обязанностям, к делу. И в декабре прошлого года, и в начале нынешнего мы последовательно ведем наступательную работу. Она дала уже свои результаты и так будет продолжаться, я уверен.
— Мне почему-то всегда казалось, что это в самой меньшей степени зависит от решимости какого-то определенного должностного лица и в большей степени от общей ситуации в стране, от объективных, а часто и субъективных условий сегодняшней жизни...
— Правильно, дело в том, что преступность — явление многоликое, многоплановое. Московские ученые из академии МВД года 3—4 назад подсчитали, что на уровень преступности влияют в общей сложности где-то 250 факторов и только на 50 из них могут оказывать влияние правоохранительные органы. Т.е. все остальные — за пределами нашей компетенции, желаний и возможностей. Поэтому одними усилиями милиции преступность не поборешь, что бы ни говорили государственные или политические деятели. Конечно, прежде всего должны быть обеспечены экономические, политические, социальные условия, тогда можно будет по-настоящему спрашивать и с нас.
— В общем, получается, что я сама подкинула вам оправдательный мотив, дескать, что на милицию пенять, коль вся жизнь наша крива... Но отсидеться до наступления хорошей жизни вам точно не удастся поэтому давайте поговорим о том, что есть.
— Да мы отсиживаться и не собираемся, кстати, пусть никто на это не надеется. По линии борьбы с организованной преступностью мы только в последнее время, как я уже говорил, возбудили около двух десятков уголовных дел: по группам, которые занимались убийствами, экономическими преступлениями, обманывали государство, не платили налоги.
— Это все, конечно, хорошо. Михаил Васильевич, скажите, а в Украине вообще-то существует Закон о борьбе с коррупцией? А он действует?
— Я бы сказал, что пока нет. Многие еще не готовы к тому, чтобы он действовал. Наверное, нужно какое-то определенное время, чтобы переломить и сознание, и психологию людей. Взять хотя бы такой момент: по Закону о борьбе с коррупцией государственные служащие, а также депутаты различных уровней не имеют права состоять в каких бы то ни было предпринимательских структурах, заниматься бизнесом, предпринимательской деятельностью. У нас же, к сожалению, это положение не соблюдается.
Сейчас я дал поручение соответствующим службам, чтобы они провели проверку этого положения и мы могли реагировать на подобные случаи в соответствии с законом.
— То есть, судя по тому, что вы сказали, на сегодняшний день нет ни одного дела, возбужденного в соответствии с Законом о борьбе с коррупцией?
— Нет, одно дело есть. Но тут вот какой нюанс. Закон о борьбе с коррупцией не предусматривает уголовной ответственности, а только административную, т.е. оформляется административное дело, составляется протокол и принимается решение о наложении штрафа. Вот и все. Если же тот, кто обвинен в коррупции, совершил еще и уголовное преступление, например, принял взятку или воспользовался служебным положением в корыстных целях, то он несет ответственность просто по соответствующей статье уголовного права.
— Михаил Васильевич, среди определенного контингента существует такое, безусловно, обидное для вас мнение, что дешевле милицию купить, потом это окупится трижды...
— Действительно, это очень болезненная тема... К сожалению, бывают такие случаи и это необходимо признать. Мне пришлось уволить 21 сотрудника милиции, причем добрую половину из них, даже если это не было записано как мотив увольнения, за связь с преступным миром. Часть материалов на них передана в прокуратуру, возбуждены уголовные дела, в частности, по преступлениям, совершенным в Керчи, в Ялте. Кстати, никаких оправданий трудностями жизни и низкой зарплатой в этом случае быть просто не может. Причем милиция сегодня вовсе не самая низкооплачиваемая категория граждан, она получает зарплату даже чуть выше среднего уровня. А потому просто обязана, как говорится, по одежке протягивать ножки.
— В таком случае остается пожелать вам, чтобы одежка не была слишком короткой.
Интервью взяла О. КУЛАКОВСКАЯ