(Газета «События» от 3 июля 2009 года)
Председатель Постоянной комиссии Верховной Рады АРК по межнациональным отношениям и проблемам депортированных граждан, замглавы меджлиса крымскотатарского народа Ремзи Ильясов в интервью "Событиям" поделился своими предположениями о том, как будут голосовать на президентских выборах крымские татары, и рассказал, почему фракция "Курултай — Рух" поддерживает Анатолия Гриценко.
"СобЫтия": Почему депутаты из возглавляемой вами фракции в ходе декабрьской попытки переворота в крымском парламенте встали на сторону спикера Анатолия Гриценко, а не его оппонентов?
РИ: А кого вы имеете в виду под его оппонентами?
"СобЫтия": "Русский блок", например…
РИ: Вы сами практически ответили на свой вопрос. (Улыбается.) Вообще, касательно самого Анатолия Гриценко как председателя Верховной Рады, то его работоспособности, коммуникабельности и некоторым незаурядным способностям, прежде всего, организаторским, можно только удивляться. В принципе, сегодня другого человека, который мог бы на таком же уровне заменить его, я не вижу.
Что касается политических сил, которые якобы что-то инициировали, в том числе и внутри фракции "Блок "За Януковича!", то все это они делали очень кулуарно и секретно. Кроме того, они понимали, что в политическом аспекте в этой связи с нами бесполезно будет разговаривать, и потому не могли нам ничего предложить. Поэтому к нашей фракции в тот момент никто не подходил и ни о чем не разговаривал. Мы регистрировались на сессии и принимали в ней участие, потому что нам надо решать проблемы, а не заниматься различными перетасовками, тем более, как нам тогда показалось, основанными на материальных противоречиях.
"СобЫтия": В прессе предполагали, что вашей фракции за такую позицию пообещали что-то взамен, например, решить вопрос о соборной мечети в Симферополе…
РИ: Безусловно, есть вещи, о которых мы договариваемся. Но в тот момент мы никаких условий не ставили. Да, у нас было несколько просьб, в том числе по соборной мечети, но, в общем-то, причины нерешения этого вопроса не связаны с Гриценко. Точнее — не все в этом деле связано с ним. Вообще вопрос соборной мечети — тест для всех органов власти Крыма и Украины, а также общества в целом.
"СобЫтия": Вы по-прежнему претендуете на должность председателя меджлиса?
РИ: Я выступаю за улучшение эффективности работы этой структуры, свои мысли по этому поводу уже озвучивал ранее. Дело в том, что сейчас меджлис является, по сути, не только представительной, но и представительно-исполнительной структурой: принимает решения, пытается их исполнять и сам же потом объясняет, почему их не выполнил. Поэтому, на мой взгляд, курултай должен стать национальным парламентом со своим президиумом — меджлисом, комитетами, секретариатом и исполнительным органом — исполкомом, в котором будут работать профессионалы в той или иной сфере. Если говорить о главе всей системы органов национального самоуправления, то он у нас есть, и лучшего лидера, который представлял бы весь крымскотатарский народ, чем Мустафа Джемилев, я пока не вижу. Он всемирно известен, и его слово имеет вес: то, что он скажет один раз, мне придется сказать сто раз, чтобы меня услышали. Другое дело — та новая структура, которую я предлагаю, и в ней я, естественно, вижу свое место. Если это станет реальностью, я буду, конечно, баллотироваться на соответствующую должность, где смогу быть полезным. А в противном случае — жизнь покажет.
"СобЫтия": С кем пойдут на предстоящие выборы крымские татары?
РИ: Нам говорят, что наши фундаментальные проблемы не решаются — не потому что не хочет государство, а потому что этого не желают некоторые политические силы. В таком случае мы уже почти дошли до состояния, когда можно будет, перефразируя известное выражение, сказать: готов дружить хоть с самим чертом, лишь бы моему народу была какая-то польза. Конечно же, я сильно утрирую, поскольку у крымскотатарского национального движения всегда были свои принципы, через которые мы никогда не переступим.
За те 20 лет, что мы здесь живем, многое, безусловно, сделано. Государство оказывает посильную социальную помощь, хотя надо было сделать гораздо больше и в первую очередь — в политико-правовой сфере: принять тот же закон о восстановлении прав ранее депортированных, придать крымскотатарскому языку статус официального в Крыму, восстановить историческую топонимию полуострова.
Безусловно, 3—4 реальных кандидата в президенты будут встречаться с нами. Предполагаю, что с каждым из них состоится достаточно конкретный разговор не о том, что он сделает, если станет президентом, а о том, что сможет сделать еще до выборов. Поскольку, по всей видимости, выборы пройдут в два тура, вполне возможно, курултай будет рекомендовать крымским татарам голосовать за кандидатов от демократических сил в первом туре, а конкретно определяться по той или иной кандидатуре будет уже накануне второго тура.
"СобЫтия": Как вы считаете, градус межнациональной напряженности в Крыму в последние годы уменьшается или, напротив, увеличивается?
РИ: На мой взгляд, ситуация все-таки постепенно меняется к лучшему. Вот я побывал как-то в Сакском районе на праздновании крымскотатарского национального праздника Хыдырлез, которое устроил Зерновской сельсовет. Там все село было, представители всех политических сил, и мы там с представителями "Русского блока" обнимались. Или возьмите голосование в Верховной Раде Крыма по вопросу празднования мусульманских праздников Курбан-байрам и Ураза-байрам. 84 депутата из 96 присутствовавших проголосовали за то, чтобы эти дни стали выходными для всех жителей Крыма.
На мой взгляд, вся проблема в некоторых политиканах, которые используют межнациональные проблемы, дурят электорат, чтобы войти во власть и получать от нее удовольствие. С такими горе-политиками и чиновниками мне часто приходится сталкиваться и при этом проявлять максимальную выдержку. Когда их не видят избиратели, эти люди совсем другие… Думаю, это своего рода болезнь. Человек, оскорбляя другие народы, оказывается в неком экстазе, он от этого получает такое удовольствие, такой прилив энергии! Эти люди — вампиры. Их бы определить к врачам, но сегодня ведь нельзя принудительно лечить.
"СобЫтия": Некоторые политики высказывают мысль, что Программу возвращения и обустройства репатриантов уже надо сворачивать. Что вы думаете по этому поводу?
РИ: О каком закрытии программы можно вести речь?! Может быть, приведу не совсем удачное сравнение, но Германия, взявшая на себя ответственность за то, что произошло во время Второй мировой войны, до сих пор делает выплаты гражданам, которые из-за нее пострадали. Или возьмите Израиль, где прибывший репатриант еще не сошел с трапа самолета, а ему уже говорят: "Шалом, вы приехали на свою родную землю, вот вам 10 тысяч долларов, идите, отдохните, а мы пока поработаем с вашими бумагами". Потом приглашают и говорят: "Вот ваша регистрация и место жительства, идите и живите, и вот вам еще 10 тысяч долларов". А мы здесь, в Украине, оказывается, уже все проблемы решили! Убежден, что программа должна быть продолжена на 2011—2015 годы и должным образом профинансирована. А еще есть такие политики, которые пытаются эту тяжелую, можно сказать, международную проблему перевести на уровень региональный, крымский, не говоря уже о чудаках, предлагающих перевести ее на уровень органов местного самоуправления. Это люди, как минимум, несведущие и недальновидные. Программа должна быть именно государственной, и попытки ее свернуть или перевести на более низкий уровень — это преступление.
Беседовал Ленур Юнусов