(Газета «Крымские известия» от 3 июля 2019 года)
Внимание крымчан на минувшей неделе, конечно, было приковано к Страсбургу. И не потому, что мы такие умные-продвинутые, следим за событиями на международной арене, а потому, что делегация России в ПАСЕ в апреле 2014 года была лишена права голоса из-за воссоединения Крыма с Россией. Пострадали в первую очередь наши соотечественники. Наложенные санкции лишили их возможности защищать свои права в международных судах, участвовать в дискуссиях по резонансным общеевропейским темам, обмениваться визитами. Насколько шокировала россиян жёсткость членов ПАСЕ, говорит тот факт, что в 2015 году ассоциация дважды рассматривала вопрос о восстановлении полномочий нашей делегации, но тогда санкции только ужесточались.
На каком-то этапе терпение лопнуло. Наши заявили об отказе работать на унизительных условиях. В 2016—2018 годах Россия не стала направлять заявку на подтверждение своих полномочий и, как следствие, прекратила платить взносы. И вот в минувшую среду ПАСЕ подтвердила полномочия российской делегации в полном объёме. Говорим об этом с главой Комитета Госсовета РК по межнациональным отношениям Юрием ГЕМПЕЛЕМ.
— Возможно, это неправильно, Юрий Константинович, но в моей душе всё же живёт некое смущение, что россияне пострадали из-за нас, крымчан.
— Ну что вы. Помните, как сказано у Михаила Булгакова в известном романе? «Тот, кто любит, должен разделить участь того, кого любит». В этом плане россияне понимали, что возвращение Крыма в родную гавань будет сопряжено с санкциями, ограничениями, протестом. Президент Владимир Путин неоднократно подчёркивал: для украинской власти Крым — территория, для российской — в первую очередь люди. Так что издержки были неизбежны, и страна к ним готовилась.
— Можете ли вы назвать возвращение российской делегации в зал ПАСЕ первым шагом по признанию Западом российского Крыма?
— Хорошо на эту тему высказался экс-депутат Европарламента от Латвии Мирослав Митрофанов. Он считает, мы в самом начале долгого пути дипломатической и политической реабилитации России на международном уровне. Этот путь, по его мнению, займёт не одно десятилетие, будет регулярно осложняться кризисами типа недавнего конфликта в Керченском проливе. И даже без подобных инцидентов российская делегация будет испытывать жёсткие наезды и спланированные политические провокации со стороны депутатов-русофобов. Российским представителям в ПАСЕ предстоит огромная работа, им нужно пожелать выдержки и мудрости.
— Но свет-то в конце тоннеля зажёгся?
— Советскую Россию не признавали вплоть до конца 30-х годов прошлого века. Однако в итоге признали же. Я в этом плане оптимист.
— А как вы оцениваете поведение украинской делегации?
— Удивительная вещь, ребята сделали всё, чтобы полить воду на нашу мельницу. Если бы в наших тайных российских кабинетах хотели нанять диверсантов, чтобы те написали украинцам роковой для них сценарий, то и тогда не сделали бы лучше, чем сами украинцы. Они настолько утомили своими хамством, несдержанностью, позёрством членов ПАСЕ, что те готовы были проголосовать за что угодно, лишь бы попрощаться с крикливыми коллегами из Киева.
— Можете назвать главный плюс восстановления прав делегации России в ПАСЕ?
— Для граждан России сохранилась возможность находить справедливое решение в судебных делах, в которых они порой проигрывают государству. Я имею в виду шанс обращаться в Международный суд по правам человека в Страсбурге, который является (как и ПАСЕ) составной частью системы учреждений Совета Европы.
Беседовала Светлана УСТИНОВА