ПРАЗДНИК ДОСТОИНСТВА ИЛИ ЕГО ДИСКРЕДИТАЦИИ?
- Подробности
- Категория: Форманчук Александр Андреевич — досье
- Опубликовано 13.07.2019 19:31
- Автор: Super User
- Просмотров: 159
(Газета «Крымские известия» от 6 декабря 2014 года)
Годовщина Майдана стала для Киева поводом для праздника. Президент П. Порошенко издал указ, которым установил «отныне и навеки» считать 21 ноября Днем достоинства и свободы, потому что «Украина — территория достоинства и свободы», а украинцы «продемонстрировали свою европейскость, достоинство и стремление к свободе». Но как ни пытались промайдановские политологи и СМИ трубить о достижениях «революции», день этот уже окрестили праздником трагедии. Парадоксом истории назвал введение на Украине «Дня достоинства и свободы» заместитель председателя Общественной палаты Республики Крым, известный политолог Александр ФОРМАНЧУК, который поделился своим взглядом на Украину и мир спустя год после Майдана.
— После «оранжевой революции» тоже пытались найти красивые метафоры, говорили, что сформировалась украинская политическая нация, — напомнил Александр Андреевич. — В. Ющенко столько об этом распространялся, издавал указы, а через два года все это как-то растворилось в разочарованиях. Украинские политики, к сожалению, не умеют учиться на своих ошибках и снова предпринимают попытку приукрасить события, добавляя теперь к их названию, кроме «свободы», еще и «достоинство». На деле происходит обратное: дискредитация достоинства, причем самими же участниками Майдана — крайне правыми, националистами, радикальными и откровенно криминальными элементами. Мы видим, как страдает Киев от криминальных разборок. И празднование выглядит достаточно карикатурно. Это попытка заретушировать действительность. Уже видно, как внутри власти обостряются межличностные отношения. Раскол и напряжение между Порошенко и Яценюком будут и дальше нарастать. И американский госдеп, который выступает режиссером происходящего на Украине, даже стимулирует это противостояние, чтобы сохранить Украину в аморфном состоянии, позволяющем втягивать в конфликт других геостратегических игроков, прежде всего Россию, в расчете на ее ослабление.
— В Верховной Раде сформировали, наконец, коалицию, подписали соглашение. Вроде бы сделаны какие-то шаги, чтобы уйти от противостояния и консолидироваться.
— Не удивлюсь, если в нынешней Верховной Раде к весне созреет идея импичмента. Кстати, в коалиционное соглашение вписано, что будет разрабатываться механизм, позволяющий сделать это. Более того, вполне возможно, будет упразднена и сама должность президента, потому что не решаются базовые вопросы укрепления Украинского государства: принципы сосуществования разных регионов, прежде всего юго-востока. Нельзя сводить все проблемы только к Донецку и Луганску. Скрытое латентное сопротивление существует и в других регионах: Харькове, Одессе. Ненависть и злоба в этом обществе культивируются самим же правящим классом. Нельзя отрицать, что на базе ненависти к России происходит определенная консолидация. Но неправильно говорить, что это затронуло все слои общества. Значительная часть просто запугана и пока молчит, но не воспринимает происходящее. При определенном стечении обстоятельств взрыв неизбежен.
— То есть третий Майдан?!
— Он абсолютно не исключен. Его катализатором могут быть те же, кто инициировал второй Майдан, те, кто воюет на юго-востоке, батальонные командиры, которые уже пытаются играть самостоятельную роль.
— Эти, кажется, способны не только на организацию третьего Майдана, но и на военную диктатуру.
— Да, вполне. Украина упрямо движется к диктатуре. Весь вопрос в диктаторе. Среди украинских политиков реальный кандидат на эту роль не просматривается. Яценюк наиболее активно создает его образ в своем лице. Претендовала на эту роль и Тимошенко, но сейчас затаилась. А вот Порошенко явно не справляется, недотягивает по личностным качествам. И американцы стали смотреть на него довольно критически, хотя в свое время именно ему выдали кредит доверия, который сейчас очень быстро тает. На фоне скрытого пока противостояния с Яценюком это будет происходить еще быстрее.
— Чего ожидать в связи с этим Крыму от Украины?
— Из-за внутреннего противостояния и гражданской войны Украина остается для нас территорией непредсказуемой. Но мы связаны и в плане инфраструктуры, и отношений с людьми, поэтому нам далеко небезразлично все, что там происходит. Не праздный для нас вопрос и то, собираются ли и дальше блокировать подачу днепровской воды. Вражда между Украиной и Россией, органичной частью которой мы являемся, не может радовать. В перспективе, на мой взгляд, неизбежно обострение этого противостояния. И как ни прискорбно это отмечать, но как аналитик и эксперт вижу, что военно-политический конфликт развивается в сторону лобового столкновения. Этот процесс мне кажется неизбежным, но только по его результатам может произойти разрядка, которая позволит перейти к поиску нового формата отношений между Украиной и Россией. А сегодня они находятся в тупике, потому что наталкиваются на неприятие националистического клана, захватившего власть в Киеве. Он не готов к компромиссам, не желает договариваться. Раздаются голоса о войне, об особой миссии Украины в «разрушении ненавистного путинского режима». К сожалению, эти настроения поощряются на Западе, прежде всего Вашингтоном. Украина разыгрывается как антирусский проект, а Россия никогда на это не согласится. Для нее это вопрос стратегической безопасности. И до тех пор, пока Украина не откажется от роли антирусского проекта, ничего хорошего ожидать не приходится. Хотя кому-то на Западе кажется выгодным сохранять Украину в этом качестве, и России предстоит выстоять. Она сегодня действительно как осажденная крепость. Но такое ей приходилось переживать в своей истории не раз. Всегда как только Россия усиливала свои позиции на международной арене, ее тут же пытались «поставить на место».
— Наверное, ситуацию вокруг России и Украины невозможно рассматривать в отрыве от мировой политики в целом?
— В мире сегодня, к сожалению, уже не действует та система сдерживания, которая базировалась на ялтинско-потсдамских, а затем хельсинкских договоренностях, они разрушены окончательно, идет поиск нового смысла, который будет определять миропорядрок, что приводит к региональным конфликтам. Вообще ХХІ век будет периодом бесконечных региональных войн. И дай Бог, чтобы они не привели к мировой войне с ядерным компонентом. Это и есть тот сдерживающий момент, этого все боятся. А Россия сегодня дает понять: если кто-то попытается разрушить ее, это обернется катастрофой для всех. На недавнем совещании в Сочи президент Владимир Путин снова сказал, что мы никому не угрожаем и не являемся инициаторами напряженности в мире, но должны быть готовы к отражению любой агрессии. Это было воспринято экспертами на Западе как угроза ядерной войны. Многие из них склоняются и к тому, что для изменения режима в России необходимо убрать самого Путина. И ситуацию на Украине мы должны рассматривать с точки зрения этого глобального противостояния, которое, к сожалению, нарастает.
— Крымчане сделали свой выбор в марте, однозначно решив быть вместе с Россией. Как сегодня оценивается значение этого шага?
— Чем больше нарастает процесс противостояния, тем очевиднее мы убеждаемся, как вовремя крымчане проявили волю и как вовремя на это отреагировал Владимир Путин, взяв на себя ответственность и вернув Крым в состав Российской Федерации. Все решалось в считанные дни, часы. Видя происходящее на юго-востоке, понимаешь, что мы буквально ускользнули от лобового столкновения. С другой стороны, Крым стал катализатором процессов, происходящих на юго-востоке. Эти регионы тоже хотели бы последовать примеру Крыма, но там иная ситуация. Крымчанам действительно повезло, что мы находимся в составе мощного, прежде всего в военно-политическом смысле Российского государства, которое каждому из нас гарантирует личную безопасность. Это самое важное. И что бы сегодня ни говорили по поводу очередей за паспортами, регистрациями, которые действительно есть и раздражают людей (в плане интеграции в российское пространство есть проблемы как объективные, так и субъективные), но нет более высокой ценности для человека, чем жизнь и благополучие его семьи. В этом смысле мы имеем надежные гарантии со стороны России. И это самое важное, что мы имеем, — нашу безопасность. Она сегодня вышла на первый план и будет определять наше внутреннее состояние еще не меньше десятка лет.
— Возможно ли достижение мира и стабильности в Донецке и Луганске?
— К сожалению, на сегодня эта проблема нерешаема. Киевское руководство видит в данной территории «черную дыру», вплоть до того, что собирается заменить там население. Но устранить ДНР и ЛНР просто военно-силовым путем не получится. В то же время нынешняя киевская власть не способна и отпустить эти территории. В перспективе, мне кажется, при сохранении напряженности и периодических военных столкновений единственным выходом может стать поиск модели уже даже не федерации, а конфедерации. Но самой Украине это не под силу. Такое возможно лишь при участии России, ЕС, США. Только в этом случае Украина могла бы сохранить себя в нынешних границах, но лично я в это не верю. На мой взгляд, дезинтеграция Украинского государства продолжится, и в конечном итоге оно будет рано или поздно разделено на зоны ответственности между ведущими мировыми державами.
— Вот тебе и «достижения» Майдана. За что, спрашивается, боролись?..
— Вся проблема Украины в искусственности этого государства. Ее можно было преодолеть только через два-три поколения при условии спокойной жизни, взаимопроникновения языков, культур, традиций, но на Украине, к сожалению, этого не произошло. Теперь этот шанс, на мой взгляд, окончательно утерян.
Интервью вела Людмила РАДЕВА