Геннадий МОСКАЛЬ: «АСПИРИНАМИ, ПРИМОЧКАМИ И ДЕТСКИМИ ПРИСЫПКАМИ КОРРУПЦИЮ В УКРАИНЕ НЕ ПОБЕДИШЬ»

Подробности: Категория: Москаль Геннадий Геннадьевич — досье; Опубликовано 18.03.2019 17:43; Автор: Super User; Просмотров: 179

(Вебсайт «Центр журналистских расследований» от 23 марта 2011 года)

На следующей неделе парламент Украины вновь вернется к рассмотрению законопроекта «О принципах предотвращения и противодействия коррупции». Законопроект, инициированный президентом Украины Виктором Януковичем, был принят за основу, в первом чтении и отправлен на доработку еще в конце 2010 года. В процессе подготовки ко второму чтению в комитете по вопросам борьбы с организованной преступностью и коррупцией было изучено 432 предложения, поступивших от субъектов права законодательной инициативы. 15 марта депутаты проголосовали за законопроект, но – за исключением трех статей (ст. 1, 11, 12), в связи с чем документ вновь был отправлен на доработку, то есть предстоит третье чтение. Почему с таким трудом идет принятие закона, инициированного президентом? Это первый вопрос в беседе крымских журналистов с Геннадием Москалем, первым заместителем председателя Комитета по борьбе с оргпреступностью и коррупцией ВР Украины.

Этот закон был принят еще при президенте Ющенко, и не благодаря ему, а благодаря давлению международных организаций – Рады Европы, GRECO (международная организация, созданная Советом Европы в 1999 году – ред.). Тогда закон получил конституционное большинство, за него проголосовало более 300 народных депутатов. Господин Лавринович (министр юстиции – ред.) на 90% переписал тот закон, который был принят, и, тем не менее, в нем сместили все основные акценты.

В чем была сила прежнего закона? В финансовом контроле. Чтобы не только собственные доходы госслужащего декларировались, но и ближайших родственников. Нынешний законопроект и так уже минимизирован в первом чтении, во втором – отправлен на третье чтение. История украинского парламентаризма даже этого, шестого созыва не знает таких законов, которые отправлялись бы на третье чтение. В чем проблема? Депутаты и их окружение боятся света. Потемки, тьма для них самая лучшая среда обитания.

Сегодня все делается, чтобы до 1 апреля не успеть, не принять, не подписать, и в результате – чтобы чиновники не подавали декларацию о доходах. А через год будет видно. Люди не хотят показывать то, что у них есть. Есть – покажи. В чем проблема? Нельзя сегодня показывать доходы и – не показывать расходы. Если человек имеет зарплату 2000 гривен, он не может потратить 2100 и 2300, потому что 100 и 300 гривен ему нужно откуда-то взять, одолжить или украсть. Так или нет? Если ты пошел на госслужбу, то должен придерживаться принципов, которых придерживаются все цивилизованные страны. Тем не менее, почему-то до этого у нас не доходит. Это вина политического руководства государства, их воля должна быть. Сегодня в парламенте есть большинство, которое голосует синхронно за те отметки, которые приносят буквально за 10 минут до голосования господину Чечетову из администрации президента. Он подымает руку вверх: у него свои знаки «плюс» или «минус»… Нынешний парламент – это иллюзия демократического государства в Украине. Свои функции он не выполняет. Все решения сегодня принимаются на Банковой. Парламент их только дублирует и создает иллюзию демократического общества.

Геннадий Геннадьевич, как отразится на имидже Украины отсутствие антикоррупционного законодательства?

Географически мы в Европе. По типу лица европейцы. Даже в области криминалистики, если скажут составить фотопортрет, я как криминалист первым делом сказал бы: тип лица европейский. Со стороны России нам ничего не грозит – у них своих проблем с коррупцией хватает. Угроза со стороны самой Украины. Мы приняли очень много международных обязательств. В Европе принято так: если ты взял на себя определенные обязательства, будь добр их выполнять. А если ты не выполняешь, то зачем их брал? Последний пример: если от других наш президент может «откарабкаться», то 22 ноября прошлого года в Брюсселе на саммите Украина-ЕС он лично взял в руки план действий по либерализации визового режима. ЕС поставил много условий, в т.ч. не только принятие такого закона о противодействии коррупции. Он ставил вопрос о создании независимого антикоррупционного бюро, которое бы боролось с коррупцией в высших эшелонах власти.

Сегодня вопросы о борьбе с коррупцией перемещены на уровень сельских советов. Реже в области возникают такие скандалы. Но если рыба гниет с головы, то мы чешую начинаем чистить с хвоста. Это абсолютно ненормальное явление. Сегодня люди говорят: если в селе деньги собираются, идут в район, если на примере Крыма говорить – то из района деньги идут в автономию, из Крыма - в Киев. И тут пропасть: а кому ж они в Киев идут? В администрацию президента, в Кабмин, в ВР, в Конституционный суд, Верховный суд… Европейское сообщество предлагает: создайте такой орган, который бы надзирал за высшими эшелонами власти. Если высшие не будут брать, так никто и не будет собирать внизу! Переверните айсберг и покажите реальную борьбу, если она есть. Где у нас были арестованы министры, или вице-премьеры, или депутаты?

У нас в Крыму арестовали небезызвестного вам Анатолия Гриценко…

Вы знаете мое отношение к господину Гриценко… Я когда работал, принципиально в парламент Крыма не ходил. Я сказал: «Пока там будут руководить бандиты и прочие…» А чего сегодня арестовали? Никогда в Крыму оранжевых при власти не было. Ну, немножко «керував» господин Матвиенко, а остальные все были ставленники одной политической силы – Партии регионов, тогда была круговая порука. Сегодня я расцениваю это как сведение личных счетов и внутрипартийную борьбу. Это борьба в рядах самой Партии регионов, никакая это не борьба с коррупцией.

Если бы его арестовали за какие-то дела новые, неизвестные, но его арестовали за ту макулатуру, которая давно наработана была и лежала в ГУ МВД в Крыму как нереализованное неперспективное дело. Тогда не находили состава преступления, а сегодня вдруг появился состав преступления. Что, не знали об отчуждении этого санатория или земель военного совхоза? Об этом в прессе столько писали, в т.ч. и про аренду наилучшего корпуса санатория, со своим кинозалом, бассейном, пляжем, столовой, бильярдными, медслужбой, где во времена Советского Союза отдыхали высокопоставленные руководители братских социалистических стран… Я констатирую факты, которые есть, пусть правовую оценку им дает суд. Если бы это была борьба с коррупцией, это было бы одно. А это – внутриполитическая борьба в самой Партии регионов. Я воздерживаюсь от дальнейших комментариев.

Внутриполитическая борьба кого с кем?

Нынешнего руководства с прежним. Это как бракоразводный процесс, когда кто-то кому-то что-то должен, не додал.

Но Вы ранее всегда говорили, что Гриценко надо арестовать?

Да, я все время это говорил. С юридической точки зрения – да. Но сегодня юридическая точка зрения мало кого интересует. Сегодня наше государство интересует только политическая целесообразность: есть политическая целесообразность в аресте того или иного человека или ее нет. У нас извращенное право. Статья 24 Конституции Украины говорит, что у нас все равны в правах и обязанностях и все должны отвечать в соответствии с законом. Тем не менее, на одних – политическая воля есть, на других политической воли нет. Мы тут в комитете пишем о нарушениях, о коррупционных схемах. Нам дают ответ, что это подлежит проверке, мол, мы проверим, дело требует длительной глубокой проверки, сообщим позднее… Позднее ничего не сообщают, и на этом все и заканчивается. Уровень ответственности сегодня не лежит в Уголовном кодексе. Уровень ответственности лежит в политическом пространстве. Будет перстом на тебя указано, значит, на тебя найдут что-нибудь. А не будет – так со своими грехами и будешь жить и никогда не будешь наказан.

Как Вы считаете, а можно ли вообще победить коррупцию в Украине и что для этого необходимо реально сделать?

Если мы хотим победить коррупцию, то мы должны победить ее только радикальным и жестким законодательством. Всякими аспиринами, примочками, детскими присыпками в Украине не получится. Настолько уже проросло… И ситуация одинаковая во всех регионах Украины, что на западе, что на востоке, что на юге. Прогнивший государственный аппарат, прогнившая правоохранительная система… Нужны очень жесткие, радикальные меры. На это нужна политическая воля. В 2007 году я пришел в парламент и впервые вижу, чтобы закон направлялся на третье чтение. Такого не было в природе. Бюджет никто не видел, никому не раздали, но большинство голосовало «за», не зная даже текста. Налоговый Кодекс – все голосовали «за», текста никто не видел. А здесь чего такая боязнь? Прямо фобия, страх. Каждый депутат смотрит, как этот закон отразится на нем, на его бизнесе, на его имуществе, на его друзьях, семье. Поэтому даже такой либеральный закон принимать большого желания в украинском парламенте нет.