(Газета «Крымская газета» от 27 июня 2006 года)
Возвращение в автономии Геннадия Москаля, назначенного на должность Постоянного Представителя Президента Украины в Крыму, воспринимается неоднозначно. Одними — особенно теми, кто помнит его жесткую, бескомпромиссную и продуктивную борьбу с организованными преступными группировками на посту руководителя Главного управления МВД Украины в АРК, — с настороженностью. Другими... Впрочем, другими — тоже с настороженностью, но иного рода — как к представителю «оранжевой» центральной власти в «бело-голубом» регионе. Однако Геннадий Геннадиевич, как он сам подчеркивает, не собирается заниматься политическими играми, утверждая, что он — просто представитель главы государства и гаранта Конституции. Поэтому и разговор наш с Геннадием МОСКАЛЕМ, состоявшийся накануне юбилейного Дня Конституции, начался именно с этой темы.
— Геннадий Геннадиевич, 10 лет жизни с Конституцией — это можно уже считать возрастом зрелости?
— Конечно, нет. 10 лет — это слишком мало. Ведь даже человек в таком возрасте еще не сформировался как личность: а что же тогда говорить о государстве? Я когда-то, еще работая в системе МВД, проходил стажировку в Англии, в Скотланд-Ярде, и немало удивлялся и английскому законодательству, и техническому оснащению, и демократическим процессам в английском обществе, и уровню общения с сотрудниками... Видя нашу реакцию, англичане поинтересовались: а сколько лет вашему государству? Было это на восьмом или девятом году независимости, поэтому наш ответ вызвал у них только улыбку: Великобритания к своему нынешнему уровню шла не одну сотню лет!
Потому и нельзя говорить, что за 10 лет действия Конституции нами решены все вопросы, если даже первая же конституционная реформа, как вы сами видите, вышла комом. А блин получился таким именно потому, что мы слишком поспешно начали подвергать ревизии Основной Закон, которому нужно было дать немножко устояться, показать свои плюсы и минусы.
Да, много говорят, что, дескать, закон был принят в одну «конституционную» ночь. Но! Он проголосован в одну ночь, а этому предшествовала огромная подготовительная работа, было и противостояние между Президентом, парламентом, правительством. И тем не менее мы имеем Конституцию, а это — святыня, символ Украины...
— Но чем-то же мы и до 1996 года руководствовались?
— Конституцией Украинской Советской Социалистической Республики, которая к тому времени давно устарела, и какими-то «конституционными соглашениями». А их легитимность можно поставить под сомнение. И, кстати, очень плохо, что сегодня, когда мы отмечаем 10-летие Конституции, у нас не работает Конституционный суд, который мог бы вернуть все прогалины в законах в правовое русло.
— Но и действующую Конституцию сегодня, согласитесь, постоянно критикуют. За то, например, что не уделено должное внимание функционированию русского языка как второго государственного...
— В 10-й статье Конституции написано четко: государственным языком в Украине является украинский. Наряду с ним допускается свободное использование русского и других языков национальных меньшинств. А что такое — «свободное»? Это означает: во всех сферах жизни — в средствах массовой информации, на производстве, в быту, в экономической жизни, в культуре, в суде...
— Но судебные-то решения выносятся на украинском языке!
— Извините, но уж решения суда выносятся от имени государства Украина, государственным языком является украинский. А вы представляете себе решение английского суда на украинском языке?
Ну почему нигде нет языковой проблемы? Что, в России живет меньше украинцев, чем русских в Украине? Но что-то я не слышал требований — мол, придайте украинскому языку в России статус второго государственного. Да и вообще, назовите мне еще хоть одну страну, которая поднимала бы языковую проблему!
— В Швейцарии, например, несколько государственных.. .
— Тогда надо делать федерацию, и если будет «Федеративная Республика Украина», тогда об этом можно вести речь. Но у нас — унитарное государство. А при унитарном устройстве двуязычие — это абсурд! И кто об этом говорит — должен изучить хотя бы Конституцию Украины. И потом, как мы сегодня можем Швейцарскую Конфедерацию «примерять» к государству, которое имеет свою Конституцию только 10 лет?
Вообще, в языковой проблеме можно зайти очень далеко... Русины в Закарпатье, например, сделали уже свой букварь — и это из обычного диалекта!
В каждом государстве должен быть один государственный язык, но наряду с этим оно не запрещает другие языки, Я иногда спрашиваю политиков, в том числе и крымских: ну, скажите, какие еще должны быть преференции для русского языка? Почти сто процентов печатных средств массовой информации — на русском языке, телевидение — на русском, в парламенте автономии говорят и принимают решения на русском, преподавание в подавляющем большинстве школ — на русском, подавать заявления в суды, представлять доказательства можно на русском, театральные постановки, песни - на русском... Скажите, в какой еще сфере жизни внедрить русский язык — я постараюсь внедрить его сам без изменения Конституции!
Не надо политизировать языковую проблему, надо направлять ее в практическое русло. Политики, спекулирующие на языке, вспоминают о нем только в период предвыборных кампаний, а когда они заканчиваются — все забывается. Потому что будут следующие выборы. Ну, к примеру, приняла сессия Луганского облсовета решение о придании русскому языку статуса регионального — но ничего же ни на йоту не поменялось!
— А как быть с приемом вступительных экзаменов в вузах на украинском языке?
— А на каком? В России разве принимают вступительные экзамены на украинском языке? Дети должны гордиться своим государством, своим языком. Тем более, что знание государственного языка, его изучение является обязательным — согласно опять же Хартии региональных языков и языков нацменьшинств, на которую в последнее время любят ссылаться наши политики,
— Лидер одной из ну очень патриотичных украинских организаций как-то обмолвился в разговоре: а я не хочу, чтобы крымчане знали украинский язык, так как мы, знающие государственный язык, будем руководителями, а они на нас будут работать...
— Знаете, от дураков не застрахована ни одна нация. Хоть на западе Украины, хоть на юге или востоке дураки рождаются примерно в одинаковой пропорции. У нас на митингах лидеры общественных организаций в своих выступлениях до абсурда доходят,.. Но лично у меня нет проблем с русским языком - на нем я говорю 90 процентов рабочего времени в Крыму и так же свободно перехожу на украинский, когда общаюсь с Президентом, Премьером или главой Секретариата... И я не зацикливаюсь на этом.
Поймите, в языковой проблеме не должно быть революций! Революция, которую хотела в этом сделать когда-то Молдова, породила Приднестровье. И политики, засоряя людям головы присвоением русскому языку статуса второго государственного, прекрасно знают, что сделать это можно, только изменив Конституцию. Я не против, но для этого надо провести конституционную реформу! Наберите 300 голосов в парламенте — и не морочьте людям головы! Но они же прекрасно понимают, что столько голосов Партия регионов даже вместе с коммунистами не наберет...
И потом, если мы живем рядом с Россией — пожалуйста, мы должны разрешить свободный прием теле- и радиопередач, и власть не должна этому препятствовать. Если соседние государства хотят помочь своим соотечественникам в развитии культуры, языка — власть должна это поощрять. И Украина не возражает, когда приезжают в Украину для обучения своих соотечественников языку преподаватели из Польши, Греции, России, Германии, Израиля. Приветствуем' мы и все формирования, которые действуют в Российской Федерации для связи с соотечественниками.
Когда я работал председателем Госкомнацмиграции, у нас был департамент, который поддерживал связи с украинцами за рубежом. И к нам не раз за границей обращались россияне, которые говорили: почему Россия на нас не обращает внимания? На встрече с одним из официальных лиц РФ я поднял этот вопрос, на что получил ответ: мы работаем только о соотечественниками в рамках СНГ. И в результате именно мы отправляли этим людям и буквари, и литературу, и учебники на русском языке даже в Латинскую Америку.
— Критикуют Конституцию и еще как минимум по одному поводу — за предоставление неприкосновенности народным депутатам Украины...
— Вот с этой критикой я абсолютно согласен. Когда депутат с трибуны поднимает какую-нибудь проблему и за это на него наминаются нападки — это одно. Но если человек совершает общеуголовное преступление — берет взятки или разворовывает государственное имущество, совершает убийство или становится виновником тяжелого ДТП, он должен отвечать наравне со всеми. Почему мы имеем 450 неприкосновенных? За это я критиковал и буду критиковать Конституцию. И буду добиваться по мере своей возможности, хотя и не являюсь субъектом законодательной инициативы, выходить на Президента как субъекта законодательной инициативы, что иммунитет надо оставить только за депутатскую работу.
— Значит, Конституцию все же есть за что критиковать. Но что же, на ваш взгляд, позволило документу, проголосованному за одну ночь, просуществовать практически в неизменном виде больше восьми лет — до конституционной реформы, да еще и неудачно проведенной в декабре 2004 года?
— Вспомните, сколько было сделано главой администрации Леонида Кучмы Виктором Медведчуком попыток перекроить Конституцию. И все с одной целью — продлить легитимность пребывания на должности предыдущего Президента Украины, Но все попытки оказались неудачными, за исключением той, что произошла в декабре 2004 года, перед третьим туром президентских выборов. Да и та — в поспешном порядке.
Вот и вышло так, что сначала отправили правительство в отставку, а потом оказалось, что этого делать было нельзя. Затем отправленных в отставку отправили туда еще раз, И так, до избрания нового парламента, никто не мог дать разъяснения: они и. о. или «настоящие» министры. Все это не рассчитано на наш менталитет, ведь как в истории: три украинца между собой никогда не договорятся, а если договорятся, то ненадолго, а со временем побьют горшки и порвут друг другу чубы. Нельзя было чисто западный вариант Конституции перекладывать на украинскую почву!
Вот и сейчас наш менталитет проявился накануне 10-летия Конституции Украины — уже вся страна смеется над происходящими переговорами, а люди приходят 8 Представительство и спрашивают: ну когда же у нас наступит порядок... А сколько еще впереди мин заложено в конституционной реформе!
Также я считаю преждевременным переход на избрание местных Советов и Верховной Рады Крыма на чисто партийной основе. Это должно было происходить поэтапно — сначала на 50 процентов, потом — 75, и только через три-четыре созыва — переход на стопроцентную пропорциональную систему. Сейчас мы имеем некоторые города с населением в три тысячи человек, где никогда никаких партий не было, а сегодня три партийных «калеки» там захватили власть и не знают, что с ней делать, И тем не менее я убежден: недостатки надо критиковать, но к Конституции относиться с почтением. Ее надо развивать, совершенствовать, но лучше подходить по принципу: семь раз отмерь, один — отрежь. А мы сначала отрезали, а теперь ходим, меряем...
— Так все же чего больше в происшедшей конституционной реформе — реальности или виртуальности?
— Мы вполне реально перешли от президентско-парламентской к парламентско-президентской республике. Но к каким потугам и какой нестабильности привела эта новая форма — вот в чем проблема! Многие страны в переходный период стараются укрепить президентскую власть, а мы ее конституционно ослабили. Хорошо это или плохо?
Кто-то говорил, что у Президента слишком много власти, что у него надо что-то отнять, поделить... Но самого механизма реализации некоторых положений конституционной реформы нет. Мог бы помочь в разногласиях, возникших в государстве. Конституционный суд, но его-то тоже нет!
— Вам довелось работать на высоких должностях практически во всех «секторах» Украины — на юге, на западе, в центре, на востоке и вот снова на юге. Действительно, Украина настолько разнородна, как утверждают политики и «прозападной», и «пророссийской» ориентации? Кстати, кто из них более «проукраинский»?
— А кто поссорил запад и восток Украины? Политики! Вспомните развешанные плакаты-карты с делением Украины на 1-й, 2-й и 3-й сорт. Ведь на изготовление подобных «агиток» была по сути запущена государственная машина. И если в Крыму такого антагонизма с западной Украиной нет, то на востоке у многих складывается впечатление, что во Львове до сих пор ходят полки ОУН-УПА, марширует дивизия ОС «Галичина», воюют бандеровцы и тому подобное. Я даже специально возил на Львовщину журналистов из районных газет Луганщины, чтобы доказать им, что это не так.
И когда меня во Львове начальник областного УВД приветствовал на русском языке, они были ошарашены; как, он говорит по-русски?! Так он же, говорю, этнический россиянин: на каком же ему языке говорить? Вот как настроила людей государственная машина. Но ведь до президентских выборов серьезного противостояния не было — так, какие-то щипки, но не такое же! Да ведь везде нормальные люди! И в западных, и в восточных областях вместе живут этнические русские и украинцы, и мы не должны зацикливаться на одном-двух-трех дураках, которые есть в каждой национальности.
А насчет «проукраинскости»... Ни у крымчан, ни у донетчан, ни у луганчан нет враждебности к государству Украина. Никто не срывает и не топчет украинских флагов, не сжигает тексты Конституции, все встают при исполнении государственного гимна. Когда я работал в Крыму начальником милицейского главка и приглашал выступить украинских артистов, видел, как прекрасно их здесь встречали!
Вот кто пытается поделить людей — так это политики. С какими лозунгами победил в 1994 году Леонид Кучма Леонида Кравчука? Один из них: русский язык — второй государственный. И кто ему мешал сделать это за десять лет пребывания у власти, особенно до принятия Конституции, когда он имел право сам издать такой указ? Ну обещал — сделай! Так и нынешние политики — внесите хотя бы проект соответствующих изменений в Конституцию! Чего толочь воду в ступе?
— Недавним указом Президент поручил вам в трехмесячный срок «проанализировать» состояние соблюдения в Крыму Конституции и законов Украины. А что, в автономии с этим есть проблемы?
— Конечно, есть. Например, я считаю, что надо убрать Счетную палату Крыма и создать филиал Счетной палаты Украины — это был бы действительно независимый аудит под эгидой Верховной Рады Украины. Также обязательно нужно представительство Фонда госимуществз, ведь в автономии есть и объекты государственной собственности... Да и еще многие проблемы надо решать, не ущемляя интересов автономии...
— У Представительства Президента есть реальные рычаги влияния на соблюдение Конституции Украины на «подведомственной территории»?
— Безусловно, есть. Мы имеем право вносить свои предписания при выявлении нарушения законов органами местной власти и в тот орган, который допустил это, и с принятием Кодекса об административном судопроизводстве — обращаться с административным иском в суд.
— В автономии вас не было около шести лет. Крымчанам памятна ваша заслуга в разгроме на полуострове организованных преступных группировок и наведении конституционного порядка. Каким вы нашли Крым, вернувшись сюда?
— Честно говоря, я в некотором смятении. К моменту моего отъезда из Крыма в 2000 году некоторые члены ОПГ были в бегах, но на всех были выписаны санкции на арест... А сегодня очень многие из них легализовались... Крым оказался отброшен на десять лет назад. Я обнаружил, что многие дела подчищены, пропали из уголовных и оперативных дел целые разделы, отпечатки пальцев из нераскрытых убийств. И это не красит правоохранительные органы. Когда я был начальником главка, я такому никого не учил и подобного себе не позволял... А на каком этапе за шесть лет произошла легализация элементов, которыми очень пристально интересовались правоохранительные органы, я не знаю. И сегодня уже надо проводить новый комплекс оперативно-розыскных мероприятий, чтобы все поставить на свои места.
Я считаю, что в Советах и парламенте не должно быть бандитов, вне зависимости от того, нравится кому-то такая моя позиция или нет. Но я убежден: парламент и Советы должны состоять из честных людей, с незапятнанной репутацией, без криминального прошлого. И я не понимаю, по какому принципу политические партии включают кандидатов в свои списки, ведь сколько вокруг кристально честных людей! Да, первые пятерки в списках — все умные, красивые, а дальше народ-то и не знает. Поэтому вся ответственность ложится на политические партии, которым должно быть стыдно за такие расстановки. Да из двух миллионов населения Крыма можно запросто найти сто нормальных человек!
А если говорить в целом, то когда возвращаешься в регион, где давно не был, интересуешься: что нового? Я надеялся, что за последние шесть лет Крым должен был пройти какой-то инвестиционный бум. Но вот я пригласил начальника налоговой администрации, чтобы узнать, кто сегодня формирует бюджет автономии. Оказалось, тот же «Черноморнефтегаз», те же «Титан», содовый завод. Инвестиционные проекты пошли в курортную сферу.
Да, они работают, но до 80 процентов крымского бюджета — это налог на работающих. А инвестиции в развлекательные комплексы или аквапарки не дали того количества работающих и уровня зарплаты, которых хотелось бы. Ведь в Крыму есть не только курортная, но и промышленная зона — Керчь, степной Крым...
Да и в курортной сфере мы каждый год начинаем с одной и той же песни: кто-то нам хочет сорвать курортный сезон — то ли Россия, то ли митингующие. Но мы должны понять, что сегодня — не начало 90-х, когда советские граждане не знали, что есть зарубежные курорты с гораздо более высоким уровнем сервиса. Если россиянин собирается отдыхать и видит, что ему в Крыму предлагают апартаменты за триста долларов в сутки, то он знает, что та же Турция обойдется в триста долларов за неделю. Если не состоялся курортный сезон, надо говорить о плохом менеджменте, о плохой рекламе, о плохой организации отдыха. Сегодня жесткая конкуренция, а все хотят, чтобы административными мерами Лукашенко и Путин загнали всех в Крым? Да не будет этого! Средний класс сам решает, где потратить свои деньги. Давайте делать Крым привлекательным, а не склочным!
— И все же, какова роль Представителя Президента в Крыму? Это «надзиратель», «государево око» или еще одна ветвь власти?
— Да никакой я не надзиратель и не ветвь власти. Я поставлен контролировать ситуацию в Крыму как представитель действующего Президента, как представитель гаранта Конституции и обязан информировать его как о допускаемых нарушениях, так и обо всем хорошем, что происходит на полуострове. Кому-то, возможно, моя роль видится в негативном свете, но это — моя работа!
Олег ГЛАВАЦКИЙ