МЕШКОВЩИНА ИЗ НАФТАЛИНА

• 

Подробности

Категория: Мешков Юрий Александрович — досье

Опубликовано 14.11.2018 20:06

Автор: Super User

Просмотров: 573

(Газета «Крымские известия» от 11 сентября 2014 года)

Только недавно, общаясь с коллегами-журналистами, довелось, как мне тогда казалось, с полным основанием сделать вывод, что нынешняя предвыборная кампания в Крыму проходит на удивление без каких-либо из ряда вон выходящих приемов. Конечно, не без того, чтобы на местных телеканалах, в различных газетках нет-нет да и пришлось подсмотреть-прочитать нечто экзотическое. Все больше о том, что некто имярек в последние февральские и первые мартовские дни нынешнего года с революционным упоением толкал и таки дотолкал наш благословенный полуостров в Россию. Чаще всего имена и фамилии таких людей крымчанам ни о чем не говорят. И в эти ставшие уже историческими февральско-мартовские дни никто их не знал и не видел.

И вот надо же, к хору самозванцев и политических наперсточников добавилось имя, не просто кричащее само за себя, но и навечно вошедшее в новейшую историю Крыма. Что же послужило его вхождению в анналы? На мой взгляд, это единственный человек, деятельность которого на два долгих десятилетия отодвинула Крым от его выстраданной идеи вернуться в Россию. Вы, конечно же, догадались, что речь идет о первом и, слава Богу, последнем Президенте Крыма Юрии Мешкове, который в эти предвыборные дни не нашел ничего лучшего и уж, конечно, приятного для себя, как измазать густым и дурно пахнущим дегтем фигуры людей, не убоявшихся начать и довести до логического конца процесс возрождения российского Крыма.

Это сегодня иногородний житель Мешков, пользуясь благами российской демократии, так осмелел, что режет свою правду-матку, не оглядываясь на чины и должности. При этом в последних числах февраля 2014-го ему и в голову не пришло покинуть уютное домашнее кресло и переместиться в гущу крымских событий. Надо отдать должное Юрию Александровичу, даже если бы такое желание у него и появилось, он как реалист не решился бы оказаться в центре революционных перипетий в Крыму, дабы не испытать на себе всю силу презрения к нему бывших земляков.

Мешковщина — термин из учебных пособий. Это слово перекочевало в научные исследования политологов. Именно такое отвратительное явление вобрало в себя все отрицательные черты правления президента Мешкова. Получив власть благодаря победе предвыборного блока «Россия» в далеком 94-м, он за короткое время превратился в опереточного персонажа со всеми признаками банального политического авантюриста. Презрев, а может быть, просто не зная знаменитой формулы Уинстона Черчилля «Политика — есть искусство возможного», дорвавшись до вожделенного властного кресла, Мешков был до невозможности смешон в своих потугах не быть, а казаться президентом. Это понимали даже его бывшие соратники, с которыми он успел вдрызг разругаться, страшась конкуренции, а затем восстановить против себя весь депутатский корпус Крыма. Лучшего подарка тогдашнему украинскому истеблишменту, всегда ненавидевшему свободолюбивый опальный Крым, невозможно было придумать. Показывая пальцем на амикошонствующего Мешкова, украинские националисты без зазрения совести ставили знак равенства между мешковщиной и искренним желанием истинных патриотов восстановить российский Крым. Так, к вящей радости Кравчуков, Хмар, Яворивских и иже с ними на многие годы была дискредитирована сама идея российского Крыма. Целым поколениям крымских политиков в этом направлении пришлось начинать все сначала, вытравливая на своем пути родимые пятна мешковщины.

Чисто по-человечески сегодняшнего Мешкова понять очень просто. Суля крымчанам золотые горы из нагромождения пустых лозунгов, невыполнимых обещаний, упакованных в псевдопророссийскую обертку, Мешков хорошо понимал, что такая задача ему, юристу средней руки, поднявшемуся к вершинам власти на пене постперестроечных иллюзий, не под силу. И вот теперь, когда герои «Крымской весны» не на словах, а на деле превратили многолетние мечты крымчан в реальность, Мешкова резко задушила жаба. Как это, без него и его маргинальных подельников, объединенных в хилые псевдополитические организации, свершилось то, во что они сами никогда и не верили, а упоминали об этом лишь с целью прийти, а затем удержаться у властного руля?!

Тот огород, который теперь городит Мешков, выплескивая накопившуюся желчь несбывшихся надежд на авторов и исполнителей «Крымской весны», вряд ли кого-то заденет за живое. Этот персонаж из уже отыгранного трагифарса способен разве что пробудить воспоминания. С одной стороны, воспоминания о позорных днях изгнания Мешкова с крымского престола, когда на его защиту никто на полуострове не встал, а с другой — о славных днях февраля и марта нынешнего года, когда те, кому предстояло сделать выбор между воплощением идеи и мечты и опасностью краха собственной судьбы, причем не только политической, но и человеческой, не дрогнули, проявили мужество, волю, стали национальными героями. И очень знаменательно, что в те дни Мешкова здесь, как говорится, не стояло.

И что за диво? Издалека,
Подобный сотням беглецов,
На ловлю счастья  и чинов
Заброшен к нам по воле рока.

Это и о нем сказал великий классик. И все-таки хорошо, что пожелтевшая страница крымской истории перевернута и не надо доставать изображенных на ней персонажей из политического нафталина.

Трофим ОГЛОБЛЯ