КАК ВАДИМ КОЛЕСНИЧЕНКО БОРОЛСЯ ПРОТИВ НАТО

• 

Подробности

Категория: Колесниченко Вадим Васильевич — досье

Опубликовано 24.07.2018 15:25

Автор: Super User

Просмотров: 178

(Газета «2000» от 14 ноября 2008 года)

После статьи Вадима Колесниченко о герое Бульбе-Боровце и его реакции на критику со стороны «2000» невольно начинаешь подходить ко всем высказываниям этого депутата с особо пристальным вниманием. И это себя оправдывает, даже в отношении тех выступлений, к которым, на первый взгляд, придраться сложно.

Без купюр

Возьмем речь г-на Колесниченко на Международном «круглом столе» «Украина — НАТО: национальный и международный аспекты», прошедшем 17 октября в Луганске. Ее текст, разосланный пресс-службой Колесниченко, во избежание кривотолков приведем полностью:

«Некоторые представители украинской власти и так называемые «пронатовцы», говоря о своих «высоких» демократических и либеральных принципах, приверженности идеям демократии и всеобщего благосостояния на западный манер, на деле демонстрируют дикий уровень своего мышления и наивысший политический цинизм. Побираясь под столом у своих хозяев, они, очевидно, объелись просроченных объедков до того, что им постоянно являются призраки и чудища холодной войны с делением мира на злобно-варварскую Россию и «демократическое» НАТО. Поэтому они вовсю гонят в шею «русского медведя» и тянут за рога «натовского быка», который упирается на все четыре копыта и не хочет никак заходить в украинское «стойло».

Когда-то выдающийся драматург Артур Миллер сказал: «Эпоху можно считать законченной, когда истощились ее основополагающие иллюзии». Так же и нам — украинским политикам и народу — надо учиться жить в новом мире, с новыми реалиями и перспективами. Украина должна руководствоваться лишь своими национальными интересами и приоритетами, а не личными амбициями некоторых ее вождей. История учит нас, что как только мы становимся на чью-то сторону, примыкаем к какому-то блоку — мы оказываемся заложниками чужой политики, разменной картой в чужой игре.

Не в последнюю очередь это происходит из-за расположения Украины на стыке европейской и азиатской культур, пересечении торговых и политических интересов в Евразии. Но проблема не в расположении страны, а в том, что в истории Украины всегда находится группка украинских властителей, которые переносят свои личные комплексы на государственную политику и тянут на нашу землю поляков, шведов, немцев, американцев — только бы не остаться наедине со своим народом и не решать насущные проблемы.

Например, накануне Премьер-министром Тимошенко была внесена законодательная инициатива «О ратификации соглашения между Кабинетом Министров Украины и Правительством Федеративной Республики Германия о перевозке военных грузов и персонала через территорию Украины». В проекте написано, что груз назначается для Афганистана. Но нет никаких гарантий того, что комплексы разных видов оружия и военный контингент, проходя транзитом через Украину, не «потеряются» где-то на территории Крыма. Или вместо Афганистана не будут направлены в Южную Осетию или другие горячие точки. Контроля за этой «перевозкой» нет никакого.

НАТО «втягивается» на украинскую землю. А наша страна становится мишенью для афганских, иракских и других террористов и объектом возможного ядерного удара.

На самом деле Бог дал нам идеальное место, а реалии современного мира — возможность создать уникальное государство, ключевого переговорщика, транзитера, торговую площадку для всего евразийского пространства.

Задача стать таким игроком в зоне усиленного пересечения интересов ведущих стран мира не может быть выполнена в случае присоединения к одному из лагерей. Внеблоковый статус нашего государства — правильный и рационально достижимый путь к этой цели. И именно «внеблоковый», чего не стоит путать со статусом «нейтрального государства», как часто происходит в Украине. Внеблоковый статус (которым сейчас, например, владеют Швеция, Ирландия, Финляндия) является свободным выбором государства, выразившего свое желание не присоединяться ни к какому блоку, но имеющего при этом широкие возможности сотрудничества с любыми государствами или союзами стран. «Нейтральный статус» же государство может получить только в виде гарантий безопасности от других стран, которые, как не раз уже случалось в ХХ столетии, могут этот статус и отобрать. Например, в 1914 году был нарушен нейтралитет Бельгии и Люксембурга, в 1915-м году — Греции, в 1936-м году — снова Бельгии, в 1939 г. — Голландии и Люксембурга.

Но внеблоковый статус Украины не может никоим образом ассоциироваться с мягкой, аморфной, лишенной реальных внешнеполитических ориентиров политикой нынешнего украинского МИДа.

Украина, провозглашая свой внеблоковый статус, может взять себе за пример политику Швеции, активно сотрудничающую со всеми военными и политическими блоками, создавшую систему межправительственных и региональных договоров, гарантирующих ее безопасность. Это принесет не только значительные политические, но и экономические дивиденды: позволит сократить армию и бюджетные издержки в этой сфере; став реальным международным транспортным коридором — модернизировать экономику страны.

Вместе с тем статус «внеблоковости» позволяет лавировать между интересами ведущих стран мира и в зависимости от реальной политической ситуации использовать ресурсы и потенциал любого из блоков исходя только из национальных интересов страны. Такой статус обеспечит не только внешнюю безопасность и экономическую выгоду, но и гарантирует внутреннюю стабильность в украинском обществе, поскольку более 43% населения Украины практически равномерно по регионам (что само по себе уникально для нашей регионализированной страны) поддерживают идею внеблоковости.

Надо перестать строить мосты там, где никогда не было рек, а необходимо вести нашу страну по наиболее выгодному и логичному курсу развития».

Заблудившись во времени

Итак, в речи как будто очень много здравых мыслей. И все же хотя в ней и говорится, как вступление в НАТО влияет на рост угрозы исламского терроризма, при этом ничего не сказано напрямую о том, угрожает ли оно украинско-российским отношениям. А ведь, казалось бы, именно об этом в первую очередь и должен был сказать председатель Всеукраинского совета российских соотечественников (пресс-служба депутата, рассылая его выступление, не преминула упомянуть об этой должности). Правда, образно характеризуется восприятие «северного соседа» украинскими политиками («варварская Россия», «русский медведь»), но вопрос об отношениях Запада и России проигнорирован полностью. Напротив, сказанные совсем по другому поводу слова Артура Миллера призваны проиллюстрировать тезис, что сейчас «холодной войны» нет. Но так правомерно было бы говорить несколько лет назад, когда нынешние тревожные тенденции еще только намечались и их можно было не замечать. Но сейчас, после событий в Грузии, куда более резонно цитировать супруга Мэрилин Монро, отмечая конец совсем другой эпохи — розовых иллюзий относительно общечеловеческих ценностей в воплощении «друга Билла и друга Бориса».

Ладно, допустим, вопрос об окончании «холодной войны» — дискуссионный. Но кого господин Колесниченко зачисляет в главные приверженцы НАТО в Украине? «Некоторые представители украинской власти и так называемые «пронатовцы» — звучит расплывчато. Конечно, в этой неясно очерченной когорте можно легко увидеть различных тарасюков, кендзьоров и шкилей, но все же не от них исходит главная угроза вступления в НАТО, а от фигур уровнем повыше. Допустим, у депутата есть причины не называть кое-какие вещи своими именами. Но все же недоговаривать — это одно, а прибегать к фальсификациям — совсем другое. Что имеется в виду под «мягкой, аморфной, лишенной реальных внешнеполитических ориентиров политикой украинского МИДа»? Это ведь вытащенная из архивов оценка работы этого ведомства в период кучмовской многовекторности. Похоже, депутат заблудился во времени, ибо корректно ли характеризовать такими формулировками ориентированную исключительно на Запад (причем в первую очередь на наиболее пронатовские его страны) политику МИД в «эпоху» Ющенко?

Зато один пронатовец прямо назван по имени. И это, конечно, не президент, а Юлия Тимошенко, которая как глава правительства внесла на рассмотрение договоренность с Германией о военном транзите. Разумеется, этот документ надо тщательно рассмотреть на предмет возможных рисков, в том числе и упомянутых Колесниченко. И премьер-министра я ни в коей мере не собираюсь идеализировать. Но все же вовсе не такое соглашение является главным символом угроз от связей с НАТО. Ведь и Россия до конфликта в Грузии разрешала натовский транзит в Афганистан через свою территорию. И отнюдь не Германия проталкивает на Западе скорейшее вступление Украины в альянс. Напротив, если воспользоваться сравнением господинаКолесниченко, то НАТО как раз никак нельзя сравнивать с быком, который не хочет идти в «украинское стойло», но вот как раз ФРГ — та нога этого быка, которая действительно упирается.

Поэтому для реальных противников альянса из числа парламентариев целесообразнее было бы давать следующий сигнал немецкой власти: будете выступать против получения ПДЧ Украиной — учтем ваши интересы и проголосуем за это соглашение (при условии, что в нем нет ничего из ряда вон выходящего), если же поддержите эту инициативу Ющенко — будем возражать против ратификации. Кстати, упомянутое соглашение (законопроект 0089), вопреки словам Колесниченко, говорит о перевозке не военного контингента, а персонала, который, согласно определению ст. 1 данного документа, представляет собой невооруженных военных и гражданских служащих вооруженных сил ФРГ; в соответствии с п. 1 ст. 5 договоренности военные грузы и персонал перевозятся через территорию Украины разными поездами.

Почему именно Швеция?

Теперь о нейтралитете и внеблоковости. Господин Колесниченко стремится блеснуть эрудицией, разграничивая эти понятия и приводя исторические примеры. На самом деле такое разграничение очень спорно. На практике больше принято говорить о нейтральных странах, когда речь идет об их отношении к какому-либо происходящему неподалеку вооруженному конфликту (например, нейтралитет Испании и Дании в Первой мировой или Ирландии и Португалии — во Второй). Впрочем, в этих случаях международное право различает понятия «нейтральное государство» и «невоюющее государство» (первое предполагает равноудаленность от всех субъектов войны, второе — допускает содействие какому-либо из них без прямого участия в военных действиях). Понятие же внеблоковости чаще в ходу, когда речь идет о нынешних временах, а появилось оно лишь после Второй мировой войны. Зачастую же в литературе оба слова используют как равнозначные синонимы.

Ошибочно и мнение Колесниченко о том, что нейтралитет непременно предполагает международные гарантии безопасности. Да, в 1914 г. Бельгия и Люксембург действительно имели такие гарантии, которые проигнорировала Германия. И как раз нарушение гарантий Бельгии и стало поводом для вступления в войну Великобритании и превращения конфликта в мировой (решиться воевать за один Люксембург англичанам было бы куда труднее). Однако во всех остальных примерах никаких гарантий не было. Но ясно, что даже при их наличии Гитлер проигнорировал бы нейтралитет всех трех стран Бенилюкса в

1940-м (именно тогда, а не в годы, указанные Колесниченко, он и был нарушен). Что же касается Греции, то в 1915-м она сама отказалась от нейтралитета, когда премьер Венизелос позволил странам Антанты высадиться в Салониках и провел через парламент объявление войны Болгарии.

Конечно, эти исторические ошибки — мелочи на фоне мифов и откровенного бреда, которые зачастую тиражируют украинские политики и пресса (например, живописуя, как де Голль восхищался УПА). Куда важнее то, что приведенный депутатом материал наводит на совершенно правильную мысль — о том, что для благополучного существования внеблоковой страны в современном мире совсем не обязательны формальные гарантии безопасности. (Именно об этом я подробно писал в цикле статей «Без гарантий и без опасности», опубликованных в «2000» в декабре 2006-го— январе 2007 г.)

Однако прямо эту мысль Колесниченко не формулирует и уходит от нее в сторону, начиная рассуждать о Швеции как образце для Украины. Скажу сразу — шведский нейтралитет, конечно, явление гораздо более позитивное, чем УПА Бульбы-Боровца. Однако ни он, ни его освещение депутатом не лишены изъянов.

Итак, по определению Колесниченко, Швеция «активно сотрудничает со всеми военными и политическими блоками» и «создала систему межправительственных и региональных договоров, гарантирующих ее безопасность». Однако разве Евросоюз — не политический блок? Но Швеция с ним не сотрудничает, а входит в его состав уже почти полтора десятка лет. Кроме того, раз депутат говорит о системе договоров о ее безопасности, то, в его дефинициях, эту страну надо называть не внеблоковой, а нейтральной.

А главное противоречие в том, что Колесниченко, намекнув сначала, что гарантии для внеблокового государства отнюдь не нужны, тут же их поддерживает, говоря о Швеции. Однако на самом деле никаких договоров о гарантиях безопасности Швеция не имеет, а в прошлом имела одну тайную гарантию сомнительного свойства.

Так, в 1960 г. совет национальной безопасности при президенте США Эйзенхауэре принял решение, что в случае «советской агрессии против Швеции» она получит помощь «военными ресурсами». Оно оставалось тайным до 1994-го, когда специальная правительственная комиссия по нейтральной политике предала эту информацию огласке. Поскольку подобная тайная гарантия не существовала в форме международного договора, это девальвировало ее правовую ценность. Более того, для комиссии и, вероятно, для шведских правительств было неясно, почему американцы проявили такую инициативу. Причину выяснило лишь недавно шведское агентство оборонных исследований.

Дело в том, что в начале 1960-го американцы направили в Северное море атомные подводные лодки с ракетами «Поларис». По версии агентства, шведские власти знали об этом, но, основываясь на информации военных атташе в Вашингтоне, не предполагали истинного местонахождения этих субмарин. А были они очень близко от шведских берегов, в проливе Скагеррак.

Правда, данный источник умалчивает, что из подобных утверждений логически вытекает вывод об отсутствии нормального слежения за этой зоной со стороны шведской разведки и погранслужбы, а следовательно, о реальной возможности появления подлодок с «Поларисами» и в шведских территориальных водах (тем более что американцам было выгоднее размещать их как можно восточнее). Зато агентство признает, что США оказали шведам содействие в создании истребителя «Сааб-37 Вигген», предназначенного специально для борьбы с советскими противолодочными самолетами, а в ответ Королевский технический институт в Стокгольме помог усовершенствовать системы наведения ракет «Поларис».

В те годы нейтральная Швеция сотрудничала не со всеми военными блоками, а именно с НАТО — и отнюдь не с организацией Варшавского договора. Да и сейчас, вопреки утверждению Колесниченко, она также сотрудничает лишь с этим военным альянсом, а не с ОДКБ и др. Подобная односторонность шведского нейтралитета не раз приводила к конфликтам между Стокгольмом с Москвой.

Так, именно появление «Поларисов» в Северном море фактически стимулировало ответную активность советских подлодок на Балтике, которые, случалось, оказывались и в шведских водах, что вызывало волны антисоветской кампании в стране, равно как и эпизодические «шпионские скандалы». А вот возможность аналогичных действий со стороны НАТО априорно не предполагалась. Когда же в конце 2001 г. в докладе правительственной комиссии во главе с известным дипломатом Рольфом Экеусом (в прошлом — глава группы инспекторов по контролю за разоружением Ирака, ныне — верховный комиссар ОБСЕ по нацменьшинствам) было высказано допущение о вероятности таких нарушений, на это отреагировала возмущением тогдашняя консервативная оппозиция во главе с экс-премьером Карлом Бильдтом.

А августе в нынешнего года Бильдт, возглавляющий сейчас шведский МИД и Комитет министров Совета Европы, прославился тем, что сравнил действия России в Грузии с действиями Гитлера против Чехословакии в 1938 г. (это любимое сравнение украинских националистов, однако из более серьезных политиков до подобного не договаривались даже Маккейн и Милибэнд). И логично, что именно Швецию Грузия попросила представлять свои интересы в России после разрыва дипотношений. Тогда как Россию в Грузии будет представлять другая нейтральная страна Европы — Швейцария.

Но почему же из всех европейских внеблоковых стран в качестве примера для Украины Колесниченко выбирает именно ту, которая в послевоенное время имела больше конфликтов с СССР и Россией, чем все остальные европейские нейтралы вместе взятые? Не будь статей про Бульбу, это было бы легко объяснить тем, что, дескать, Украину как крупное государство логичнее всего сравнивать с самой большой из европейских нейтральных стран, списав все фактические ошибки и неверные ассоциации, которые вызывает такое сравнение, на традиционную неосведомленность наших деятелей об истинном положении вещей. Однако после недавних публикаций депутата это все воспринимается в совсем ином свете.

В чем можно увидеть скрытый смысл статьи про Бульбу-Боровца? Один план — партийный: «Мы так готовы на широкую коалицию, что согласимся с пантеоном ваших героев. И наше согласие тем сильнее, что его инициирует тот, кто больше всех боролся за русский язык. Только пусть нашим героем будет пока не Шухевич, а Бульба. Ведь надо нам чем-то отличаться. И учитывая особенности электората, мы должны быть постепенными. Ведь когда какому-то губернатору при царе поручили христианизировать сибирских туземцев, он увидел, что они так далеки от этой веры, что попросил высочайшего соизволения «обратить их в православие путем предварительного обращения в магометанство». Так и наших избирателей можно привести к Бандере, лишь предварительно приведя их к Бульбе».

Второй план — сугубо личный. В преддверии избрания себя главным соотечественником Украины Колесниченко дает таким образом наверх сигнал о том, какова будет реальная оппозиционность у его организации — не большей, чем у юденрата в минском или вильнюсском гетто.

И если посмотреть под этим углом зрения на выступление в Луганске, то оно вполне вписывается в логику статьи про Бульбу-Боровца. Ведь объективно это максимально безобидный для Банковой вариант антинатовства. Причем апелляции к опыту именно шведского нейтралитета наиболее удобны для того, чтобы на этой базе перейти к поддержке русофобии Бильдта, к восхвалению 300-летия украинско-шведского союза и прежде всего — к созданию широкой коалиции в Верховной Раде. В данном контексте легко назвать такую коалицию «шведской семьей», но определение будет неверным, ибо такая семья предполагает свободу ее членов, а в широкой коалиции у «регионалов» будет не больше свободы в проведении внешней политики, чем у мазепинцев при Карле XII.

Кто кому подыгрывает?

Те же мысли, что и речь в Луганске, вызывает и выступление депутата в Москве на Всемирной конференции соотечественников, которое достаточно широко изложено в прессе. Там также формально сказано немало верного. Например, как сообщают СМИ (http://www.rusk.ru/newsdata.php? idar=179431), «Колесниченко отметил, что остаются нереализованными положения Большого договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной, незадействованными — механизмы привлечения Украины к ответственности в соответствии с подписанными межправительственными соглашениями и обязательствами в рамках ООН, Совета Европы, ОБСЕ, СНГ, других международных организаций».

А дальше идет следующая дословная цитата:

«Громкие заявления, что делают некоторые российские политики об Украине, никому, кроме них самих, не приносят пользы. Вместо отеческого, доброго отношения к братскому народу на фоне истерики и русофобии украинских националистов они только подбрасывают дров в костер, помогают националистам успешно играть в информационную войну «о злых москалях». Это неразумная политика, более того, в стратегическом плане несущая вред всему русскому в Украине».

Что — разве нет действительно таких заявлений? Есть. И я сам не раз писал о них, однако при этом говорил о конкретных словах конкретных политиков. А проблема заключается в том, что нынешняя власть расценивает как «дрова в костер» любую критику ее действий. Я помню, как в конце февраля на какой-то конференции по евроинтеграции, которую транслировал «5-й канал», Сергей Марков очень спокойно и корректно рассказал о том, какие последствия будет иметь для Украины вступление в НАТО. И тут же его затюкало атлантическое большинство, заявив, что, дескать, такая позиция России лишь подталкивает украинцев к поддержке участия в альянсе, как в свое время подтолкнула и восточноевропейские страны (последнее — явная ложь, ибо все они собрались идти в НАТО как раз в те годы, когда политика Ельцина— Козырева была максимально предупредительной и уступчивой относительно соседей).

А для российской стороны действительно проблема: как, критикуя официальный Киев, не наживать лишних врагов среди народа Украины? На мой взгляд, она вполне решаема, поскольку к своей власти упомянутый народ относится весьма критически. Но здесь нужны не общие фразы о «громких заявлениях», а конкретные разъяснения: какого плана высказывания будут уместны, к каким лучше не прибегать; стоит также выделить формулировки, для установления влияния которых необходимы социологические исследования.

Но нет — прозвучали лишь общие фразы о плохих российских политиках, подыгрывающих националистам. Однако на фоне статьи про Бульбу-Боровца эти слова выглядят ясным сигналом для Банковой: «Мы свои, мы — против критики Украины; разве вам не нужны такие подыгрывающие соотечественники?»

Конечно, такой подход может показаться излишне акцентирующим внимание на подозрениях. Однако в свое время западная политология очень выиграла от того, что улавливала малейшие изменения акцентов в речах советских лидеров и придавала им значение. Сделанные на основании такого подхода прогнозы оказались точными. Да и, думается мне, в отрядах столь прославленного депутатом Бульбы-Боровца также очень внимательно относились и к словам, и к недомолвкам, особенно со стороны тех, в чьей надежности были сомнения. Так что с учетом этого опыта обижаться господинуКолесниченко не надо.

Алексей ПОПОВ