НУЖНА ЛИ КРЫМУ ПАРТИЯ СОЦИАЛЬНОЙ ДЕМОКРАТИИ?

• 

Подробности

Категория: Форманчук Александр Андреевич — досье

Опубликовано 12.07.2019 13:53

Автор: Super User

Просмотров: 184

(Газета «Республика Крым» от 24 и 31 марта 1995 года)

Вынесенный в заголовок этой статьи вопрос является сложным и во многом дискуссионным. Ответ на него требует критического переосмысления прошлого и настоящего, заставляет серьезно задуматься над причинами и следствиями многих политических процессов, затрагивающих наши личные интересы. Редакция газеты решила обратиться к Александру Форманчуку, политологу и секретарю Политсовета ПЭВК, с просьбой поделиться своими размышлениями на этот счет. При этом мы рассчитываем, что публикация данной статьи положит начало широкой дискуссии о путях становления политических партий в современных условиях. 

За последнее время заметно активизировались сторонники создания социал-демократических партий и в России, и в Украине, и в других государствах ближнего зарубежья. Казалось бы, этот факт вполне рядовой для нашей бурной политической жизни, если бы не несколько сопутствующих обстоятельств. 

Прежде всего, стремление к социал-демократии свидетельствует о попытке преодолеть политический тупик, в котором оказалось наше общество в решении проблемы многопартийности как гаранта демократии и обеспечения баланса интересов различных социальных групп. Об этом следовало бы сказать подробнее. 

После отстранения в 1991 году от государственной власти КПСС, ее идейного и нравственного саморазложения, началась политическая лихорадка по скороспелой выпечке новых партий и движений, якобы способных заменить коммунистов скорее не по идейным убеждениям, а по принадлежности к власти. Укоренившаяся за десятилетия привычка советских людей воспринимать партию как власть обернулась, в конечном счете, против институтов власти сегодня. Смысл этого парадокса очень прост. Обладая монополией на кадры, КПСС, как сквозь сито, просеивала людей, способных к управлению. Конечно, и здесь не обходилось без исключений. Просачивались иногда всякого рода проходимцы и просто нечистоплотные люди. И все-таки абсолютное большинство управленцев находилось в рядах КПСС. И этот факт неоспорим. 

После 1991 года на всеобщей волне отрицания коммунистов к власти стали рваться те, кто были до этого просто неудачниками. В этот процесс была вовлечена и часть бывших коммунистов, которые еще до августа 1991 года поторопились публично порвать с КПСС, чтобы завоевать себе так называемый «авторитет масс». 

Опереточное ГКЧП было использовано в качестве лакмусовой бумажки на лояльность новому времени. Вот из такого теста в тот период стали испекаться «партии нового типа». Как правило, хлебопеками выступали лидеры «новой волны», которые жаждали вкусить сладкий кусок пирога власти, ранее им просто недоступный. При этом не следует забывать, что этот процесс проистекал в условиях митинговой демократии, когда его величество люмпен охотно шел пошуметь на площадях и нуждался в собственных лидерах. Вначале эти шумные компании конституировались как народные фронты, различные союзы и движения. В основе их абсолютного большинства лежала национальная идея борьбы за независимость и борьба против старой партноменклатуры. Достигнув намеченных, целей и утолив жажду политических амбиций, эти массовые организации стали дробиться на мелкие политические группы, каждая из которых подстраивалась под определенного лидера. Они исчислялись сотнями и тысячами. 

Безусловно, главным итогом шумной деятельности массовых общественных движений был развал СССР. И напрасно сегодня многие из участников пытаются обвинить в этом Ельцина, Кравчука и Шушкевича, поставивших свои подписи под известным беловежским соглашением. Эти деятели лишь оформили то, что было сделано в подводной части громадного айсберга, о который разбился огромный лайнер с названием «СССР». Аналогия с гибелью знаменитого «Титаника» может быть не совсем уместна и, тем не менее, небесполезна в данном случае. 

Таким образом, народная борьба против власти центра в лице КПСС закончилась развалом Советского Союза, и необходимость в массовых движениях отпала. Борьба за власть переместилась на места, в основном на уровень новых государственных образований. Подобный краткий ретроспективный взгляд на эволюцию политических движений в СССР поможет читателю в понимании сегодняшнего процесса возникновения и становления так называемых партий. 

Разумеется, отмеченные обстоятельства в полной мере коснулись и молодой Республики Крым, возрождение которой по воле трагического случая совпало с распадом СССР. Крымчане тоже внесли свою лепту в этот котел политических страстей. Достаточно напомнить накал движения «Экология и мир». Тогда в угоду политическим амбициям лидеров и участников этого движения была принесена в жертву почти завершенная стройка Крымской атомной электростанции. С научно-технической точки зрения и сегодняшней проблемы с электроэнергией это было ошибкой. 

Не хочется ворошить эту больную тему, но она еще получит свою оценку, И материальные потери, и проблема сотен семей в Щелкино являются следствием слепой ненависти ко всему прошлому, которая вылилась в мощное антикоммунистическое движение и за которое расплачивается наше поколение. Но что было, то было. И это осознано еще не до конца и далеко не всеми. И это еще потребует более конкретных исследований историков и политологов. 

Зато благодаря истерии того периода крымчане получили свою первую порцию лидеров новой демократической волны, опять же хочется напомнить классический образчик «новых политиков» в лице весело знаменитой Лилии Павловны Левченко. И не надо утверждать, что это случайность. Это скорее закономерная случайность, к которой имеют отношение все. Ведь народным депутатом стала тогда не только Лилия Павловна. Крымчане познакомились с именами Юрия Мешкова, Бориса Кизилова, Сергея Шувайникова, Виктора Межака и другими выходцами из народа, которые стали известными благодаря своей скандальности и склочности в предвыборных кампаниях и, особенно в депутатском корпусе. 

Многим крымчанам нравились такие народные герои, и это подогревало их властные аппетиты. Вначале они и им подобные объединились в движение «Демократический Крым». Попытка методом лихой кавалерийской атаки свалить руководство во главе с Н. Багровым сразу после ГКЧП «Демократическому Крыму» не принесла удачи. Пришлось успокоиться частичными заменами в составе крымского руководства. 

Не помогли тогда «новым политикам» в борьбе за власть и такие народные «боевики», как Анатолий Лось, громко объявивший себя крымчанам. Не стану упоминать другие имена, мелькнувшие на гребне «народной борьбы» с партноменклатурой. Им не хватило упрямства, тщеславия, и они забылись для всех. 

Некоторые депутаты, которые придерживались элементарных человеческих приличий и обладающие интеллектом, поняли пагубность этого пути и отошли от него. Именно такую гражданскую зрелость показали Вадим Колесниченко из Ялты и Борис Васильев из Феодосии. 

Наступил этап личного соперничества новых лидеров от народа за восхождение на вершины власти. Массовые демократические движения для этого не годились. Нужно явиться к народу в качестве особой личности со своей командой. И вот здесь-то и понадобилось привычное слуху рядового человека и такое притягательное слово, как «ПАРТИЯ». И не важно, что партия — это особая организация людей на основе хорошо отработанной и обоснованной теоретической модели построений общества. 

Перефразируя известное выражение, новые лидеры решили, что «теория это ничто, а власть это все». Благо, наш крымский закон позволяет зарегистрировать партию на основе штампованных деклараций.  

Вначале в Крыму появились отделения украинских партий (ПДВУ, УРП и т. д.). Но мы же республика! И после появления закона, позволявшего регистрировать «свои» партии, началась гонка за лидером по принципу «каждому лидеру — по партии». Замелькали броские названия: Республиканская партия Крыма (почему-то еще с приставкой РДК), Русская, Народная, социальных гарантий, единства наций, межнационального доверия и т. д. и т. п. 

По сути дела, это были персональные политические клубы, которые получили громкие партийные клички. Дело дошло до того, что даже авторитеты теневого бизнеса тоже решили смонтировать свою либерально-христианскую партию. 

Естественно, что такое вольное и вульгарное обращение с понятием «партия» могло привести только к дискредитации всего этого движения и в конечном итоге завести в политический тупик сам процесс зарождения и становления новых партий. Достигнув отметки почти в двадцать партий, этот процесс успешно захлебнулся. 

Тем более печальный крымский опыт показал, что могут натворить такие партийцы, когда они наконец добираются до власти. Основатель РПК-РДК Ю. Мешков, забравшийся на президентский престол, тут же бросил свое любимое дитя в лице партии, а его сподвижники стали пожирать друг друга, обнажив всем крымчанам свое политическое невежество, жадность и откровенную глупость. 

При этом народ Крыма не может до сих пор найти свою Народную партию, лидер которой Виктор Межак составил «брачный союз» Юрию Мешкову под названием — блок «Россия». Теперь лидеры этих несостоявшихся партий успешно насилуют власть, доставляя огромное удовольствие избравшему их народу. Как говорится, каждому свое. 

Таким образом, эксперимент с многопартийностью приказал долго жить, вызвав головокружение от успехов у новых политических лидеров. И неудивительно, что многих порядочных людей тошнит, что называется, от слова «партия». Если в годы господства КПСС этим блюдом их потчевали партийные функционеры-профессионалы, то сегодня им пытаются подсунуть суррогат проходимцы и невежи. Но это не проходит, ибо здесь срабатывает несварение желудка. 

И тем не менее политическая структура любого современного общества не может обойтись без политических партий, которые выступают в качестве регулятора борьбы за власть. Понимание этой реальности требует поиска новых форм создания политических партий в условиях постсоветского периода. Процесс этот идет болезненно и противоречиво. Опять же без понимания, почему так происходит, нельзя надеяться на успешное продвижение на этом трудном пути к настоящим партиям, которым поверят те, кто сегодня ни во что не верит. Чтобы понять это, нужно вернуться к событиям пяти-шестилетней давности. Тогда на рубеже 90-х годов под стихийными ударами гласности стал быстро прогрессировать паралич КПСС как единственной правящей партии. Руководство партии пребывало в состоянии растерянности и металось от пленума к пленуму, лихорадочно пытаясь найти выход из тупика и сдавая, одну позицию за другой. Достаточно вспомнить, чем закончилась борьба против знаменитой 6-й статьи Конституции СССР, закрепляющей право КПСС на управление государством. 

Естественно, что все эти процессы резко ускорили идейное размежевание внутри КПСС. Практически она раскололась на 4-5 обособленных идейных течений от агрессивных необольшевистских в лице Нины Андреевой до демократической платформы. После 28 съезда стало ясно, что избежать организационного раскола КПСС не удастся. 

Пытаясь спасти положение, руководство КПСС (вернее, его часть во главе с Горбачевым — Яковлевым) решается на подготовку нового проекта Программы, который по сути своей означал эволюционный переход на рельсы социал-демократии. Очевидно, если бы состоялся 29 съезд КПСС, то он бы закрепил этот процесс и здоровые силы в партии, которых среди восемнадцати миллионов членов, на мой взгляд, было большинство, пошли бы по пути организационного оформления социал-демократической партии. 

Разумеется, и другие отколовшиеся течения также организационно оформились бы в другие партии марксистского толка под разными названиями. Таким образом, реальная многопартийность в СССР могла возникнуть в результате раскола КПСС, что само по себе было бы закономерным явлением и при этом наиболее безболезненным для реформирования политической системы общества. 

При таком повороте выскажу убеждение в том, что преимущества получила бы партия социал-демократической направленности. На чем основывается такое убеждение? Прежде всего на том, что исторический спор между коммунистами и социал-демократами к концу XX века завершился в пользу последних. Этот факт просто глупо оспаривать. И этот факт осознавали многие коммунисты как в СССР, так и в социалистических странах Восточной Европы. 

Среди главных принципов, доказавших историческую правоту социал-демократов, можно отметить следующие: 

Во-первых, без частной собственности нельзя создать эффективную экономику в интересах человека. И только в условиях эффективной экономики можно проводить сильную социальную политику, что и доказали те же социал-демократы Западной Европы. 

В условиях господства так называемой общенародной собственности максимум чего можно добиться в социальном плане, так это гарантии прожиточного минимума, что доказали те же коммунисты в СССР. Нам удалось построить общество равной нищеты, которое исчерпало свою историческую перспективу к концу ХX века. 

Во-вторых, демократия несовместима с классовой борьбой, которая навязывалась нам как основной двигатель общественного прогресса. Классовая борьба — это самый краткий путь к тоталитаризму, от которого больше всего пострадал тот же советский народ. Именно в результате длительной классовой борьбы нам удалось воспитать особый тип человека, основными чертами которого являются зависть, раболепие лицемерие, желание донести на ближнего, воровство и другие, которые расцвели сегодня пышным цветом, когда исчезло чувство страха перед властью. Примечательно, что нынешние коммунисты пытаются по-прежнему списать эти качества на происки империализма, обосновывая необходимость сохранения классовой борьбы. Но 

время безжалостно, хоть и постепенно разрушает этот стереотип прошлого. Да и сама социальная структура общества под воздействием научно-технического прогресса в корне изменилась, и сегодня уже практически нет класса эксплуататоров в привычном для нас понимании. 

Не будем останавливаться на других принципах социал-демократии, доказавших свои исторические преимущества перед коммунистической идеологией. То же отношение к религии, экологии и многое другое. 

И нет ничего удивительного в том, что в ходе перестройки демократически настроенная часть членов КПСС была готова к восприятию принципов социал-демократии, чтобы обеспечить эволюционный характер реформирования советского общества. И если бы Горбачев и его окружение проявили политическую волю, умение предвидеть последствия своих непродуманных шагов, просто обладали бы способностью делать настоящую политику, то все мы, возможно, были бы сегодня на другой дороге исторического развития. Сумели же сделать это, к примеру, китайцы. Но, увы... 

Суета, бестолковость, нерешительность привели нас к тому, что мы имеем в настоящее время. Не отстранение КПСС от власти, а реформирование ее на принципах социальной демократии могло бы в корне изменить вектор нашего исторического развития. Во-первых, наверняка не состоялся бы развал СССР, и тем самым мы не расплачивались бы за это большой кровью. Во-вторых, были бы сохранены главные социальные гарантии для людей, обеспечивающих им прожиточный минимум. В конечном итоге, был бы сохранен главный принцип исторического развития любого государства — преемственность. Этот принцип оказался разорванным, и рассчитываться за такое придется еще не одному поколению людей. 

Но объяснять события, ставшие уже достоянием истории, в сослагательном наклонении по принципу «что было бы, если бы» — бесполезное занятие. Реалии нужно воспринимать такими, какие они есть. Тем более, есть один вопрос, на который мы уже никогда не сможем получить, однозначного ответа: а способна ли была вообще реформироваться КПСС? Неужели виновны в этом только Горбачев и его окружение? Каждый волен отвечать на эти вопросы по-своему. 

Применительно к теме настоящей статьи важно понимание следующего обстоятельства: в СССР был исторический шанс зарождения социал-демократии из недр самой КПСС. Но этот парадокс, которыми так богата история, не состоялся. В результате не состоялся также цивилизованный переход к многопартийности. 

После отстранения КПСС, ее исторического поражения, образовался политический вакуум, который прежде всего стал заполняться пеной, состоящей из суррогата — людей без чести и совести. Об этом уже писалось выше Конечно, происходят и другие процессы, связанные с заполнением политического вакуума, в том числе и в плане формирования социальной демократии. Подробнее об этом в следующем номере. 

Итак, в результате запрещения КПСС и обвального распада ССОР эволюционный путь формирования партий был прерван. Весь этот процесс переместился в регионы, многие из которых стали на путь формирования собственной государственности. Именно это обстоятельство определило характер формирования новых партий, основу деятельности которых составил вопрос власти. Условно в этом плане можно выделить следующие направления формирования новых партий. Первое — создание так называемых персональных политических клубов, получивших партийные клички. Об этом уже сотворилось, этот путь практически себя исчерпал. Хотелось бы отметить только в дополнение к сказанному, что наибольшую опасность здесь составляют партии этнополитического толка, поскольку они исповедуют исключительность одних этносов перед другими. К чему приводит такой подход, мы уже видели не раз, испытывая ужас и кошмар от жестокости и разбоя. Именно из лидеров таких партий вырастают фюреры местного масштаба. 

К сожалению, для Крыма сохраняется опасность подобного рода. И если 4-5 лет назад многих пугали перспективой тоталитаризации крымчан, то теперь нужно в первую очередь остеречься амбициозно настроенных русских лидеров, ставших на путь оформления и внедрения в сознание так называемой крымско-русской идеи, которая находит поддержку в российских коридорах власти. Идея славянского, союза также несет потенциальную опасность для политики. 

К сожалению, существенная разница в степени проведения экономических реформ в России и Украине подогревает настроение многих крымчан в пользу этих идей. Чеченские события должны были бы охладить пыл многих приверженцев крымско-русской идеи. Но, увы... 

Хотелось бы верить, что решения Верховного Совета Украины окажут отрезвляющее воздействие на лидеров Республиканской партии Крыма, Русской партии, различных славянских союзов и т. д. Сам же Мешков внес большой личный вклад в такое отрезвление своими абсурдными действиями и манией президентского величия. Впереди нас ожидает еще много смешного и грустного в этом направлении. 

Второе направление  формирования партий в постсоветский период — административная трансформация коммунистических партий бывших союзных республик. Наиболее характерно это направление для среднеазиатских республик. Уместно напомнить, что нынешние президенты Казахстана, Узбекистана и Туркменистана — Назарбаев, Каримов и Ниязов — волевым порядком переименовали компартии, которые они же и возглавили, в партии с различными демократическими наименованиями. Основу этих «новых» партий составила все та же коммунистическая партноменклатура, которая приносит этим президентам немало хлопот в плане перераспределения собственности. Достаточно отметить недавние события в Казахстане. 

Но по сути это более безболезненный переход к рынку и демократам. Партии тоже здесь являются персональными и подпирают авторитарные режимы, опираясь на традиционные ценности востока, которые составляют особый психологический менталитет населения этих ныне независимых государств. Сегодня эти партии, благодаря своим лидерам, восприимчивы к социал-демократии и могут в обозримом будущем стать таковыми. В этом плане более показателен пример Литвы, где на базе той же компартии Бразаускас успешно проводит реформы. 

Третье направление — попытка реанимировать коммунистические партии, которые в условиях инертности и консерватизма мышления наших людей вполне закономерна. Интересно, что подобные попытки коснулись лишь России, Украины и Беларуси. Очевидно, этот факт требует более глубокого осмысления, а пока можно отметить лишь то, что лежит, как говорится, на поверхности. 

Более того, как лидеры бывшей КПСС оправились от глубокого шока, связанного с ее запрещением, появились попытки реанимировать компартии. Однако попытки эти до сих пор являются разрозненными и имеют чисто региональный оттенок. По сути — это осколки бывшей КПСС, каждый из которых подстраивается под «своего» лидера или группу бывших партийных функционеров. 

В подавляющем большинстве состав этих компартий определяют ветераны войны и труда, люди предпенсионного возраста. И тех и других понять можно и нужно. Ведь они испытывают унижение не только резким обнищанием, но и грубым разрушением установившихся духовных ценностей и принципов человечности. Естественно, что в подобных условиях ветераны, которые ранее состояли в КПСС, ищут возможность общаться и этим самым хоть как-то смягчать свое безрадостное существование. 

Не будучи сегодня деятельной частью общества, они уже не в состоянии повлиять на положение вещей, и в этом смысле партия носит для них характер сектантского утешения. Тем более, что количественные характеристики данной категории нынешних коммунистов составляют явное меньшинство по отношению к тому, что было в КПСС. Так что здесь имеет место явный процесс естественного отмирания прошлого. Несколько сложнее обстоит дело с бывшей частью партийных функционеров и номенклатуры. Упрямо не признавая новых исторических реалий, демонстрируя неумение жить в нынешних условиях, они поставили цель взять личный реванш за поражения 1991 года. При этом, возглавив осколочные компартии, они наивно рассчитывают на массовую поддержку народа. Жизнь безжалостно и последовательно опровергает эти иллюзии. Все больше людей понимает, что нынешнее состояние нашей жизни в решающей степени является расплатой за прошлое. 

В пользу этих слоев говорит хотя бы тот факт, что в теоретическом арсенале нынешних компартий не появилось ничего нового. Как будто и не было жестоких уроков недавнего прошлого. В качестве главного оружия используются все те же набившие оскомину принципы классовой борьбы, государство так называемой общенародной собственности, навешивание идеологических ярлыков «противнику» и т.д. Можно утверждать, что нынешние коммунистические лидеры не только не приобрели вкус к разработке теории, но и вульгаризировали привычные идеологические штампы. Предлагаемые ими программы вывода общества из кризиса являют собой образец идеологической окрошки из вчерашней жизни. А попытка обвинить ПЭВК в политической мимикрии исполнена на уровне посредственного студенческого реферата по истории КПСС. 

Удивляет еще одно обстоятельство: откровенная неразборчивость нынешних коммунистических лидеров в выборе союзников в борьбе за власть. В качестве классического примера в этом плане уместно привести позицию руководства Компартии Крыма на выборах президента республики. Желание любой ценой «свалить» Н. В. Багрова, чей ум, интеллект, культура еще совсем недавно вызывали уважение подавляющего большинства крымских коммунистов, когда он был на посту первого секретаря обкома, толкнули руководство Компартии Крыма на союз с Мешковым и ему подобными. В сегодняшних коллизиях вокруг проблемы президентства в Крыму есть прямая вина руководства Компартии Крыма. 

Все это — прямое следствие привычного поведения многих партийных функционеров в условиях монополии на власть. 

Есть основания утверждать, что нынешние боевые коммунистические отряды возглавляют те, кто в свое время не дал возможности реформироваться КПСС и, тем самым, может быть, даже не сознавая этого, способствовал развалу СССР А сегодня идея воссоздания СССР является главным козырем нынешних коммунистов в борьбе за возвращение к власти. Что-то здесь не в ладу с элементарной логикой. И уж очень похожи обещания коммунистов, о том, что если они придут к власти, то будет воссоздан Союз, на обещание Ю. Мешкова и блока «Россия», что они вернут Крым России. Корни здесь одни и те же получать власть, спекулируя на сокровенных чувствах людей и не задумываясь о последствиях подобных авантюр. 

Неслучайно в рядах Компартии Крыма нет сегодня большинства членов КПСС, понимающих бессмысленность и опасность таких действий. В одну реку нельзя войти дважды — говорили древние, и эту истину пора бы усвоить тем, кто рвется к власти, конечно, можно запугивать членов КПСС исключением из рядов Компартии Крыма, при этом опять же попирая элементарную логику, этические и правовые нормы КПК, как известно, не является и не может являться правопреемницей КПСС, и подобный экстремизм может вызвать только улыбку. 

Предвижу раздражения и привычные обвинения в предательстве автора этих строк со стороны некоторых бывших моих коллег по КПСС. Но это лишь эмоции и только. Как правило, после тяжелой болезни человек пытается извлечь необходимые уроки для дальнейшей жизни. И многие из нас, совершенно не жалея о прошлом, критически его переосмыслив, пытаются и сегодня быть полезными для будущего. Процесс этот протекает небезболезненно и противоречиво, но при этом мы искренни перед собой и людьми. 

Время раскололо общество, ядром которого была КПСС. Многие члены КПСС идут сегодня своей дорогой по терниям жизни, не теряя при этом человеческого достоинства. Каждый свободен в своем выборе, если его выбор не ущемляет свободу другого. И нельзя его за это осуждать, а тем более судить. Конец жизненной дороги у всех один, и он всех примирит. 

Что же касается нынешних коммунистов различных компартий, то каждый из них имеет право на собственную ошибку или просто дожить жизнь, не меняя убеждений. Совершенно очевидно другое те подходы, которые они предлагают для разрешения современных противоречий в обществе, отнимают будущее для этих партий Насильственно историю вспять не повернуть. И чувство мести — не лучший советчик в понимании этой истины. 

И, наконец, четвертое направление  формирования партий в постсоветский период связано со стремлением заполнить нишу политического центра. Пожалуй, это самая трудно выполнимая задача для тех, кто берется за ее решение, основная проблема здесь заключается в теории вопроса кто мы? Куда идем? Как двигаться дальше? 

Наши люди воспитаны на теории неизбежной смены капитализма социализмом. А теории преобразования сверхцентрализованных государственных обществ в демократические страны с плюралистическим политическим устройством и экономикой свободного рынка нигде и никогда не существовало. Поэтому мы набиваем столько шишек и терпим столько неудач. 

Партии политического центра пытаются отвечать на эти вопросы теории, опираясь на мировой опыт применительно к нашим условиям. Опыт последних лет показал, что из этого мало чего получается, нельзя искусственно перенести западные экономические модели на нашу действительность. То, что имеет сегодня Запад, является результатом собственного длительного эволюционного развития. 

Мы просто обречены на поиск собственного пути реформирования того, что досталось нам после распада СССР. При всей общности нашей истории пути эти будут разными, хотя во многом и схожими. Сегодняшний опыт стран Балтии, Кавказа, Средней Азии, России, Украины, Молдовы, Беларуси подтверждает эту мысль. 

Западные модели могут быть для настолько ориентирами движения в будущее, но никак не методом решения всех существующих у нас проблем. Только мы сами способны соединить свое прошлое, настоящее и будущее, критически переосмыслив свой собственный и мировой опыт. Это и призваны сделать партии политического центра. 

К сожалению, резко обострившаяся борьба за власть в значительной мере тормозит процесс формирования таких партий. В этой борьбе еще не окрепшие партии политического центра подвергаются атакам как справа, так и слева. Первые обвиняют их в нежелании избавиться от прошлого, вторые — в ограблении трудового народа. В подобной ситуации эти партии вынуждены приспосабливаться к меняющейся ситуации, медленно продвигаясь по пути реформирования общества. Здесь неизбежны откаты. 

В Крыму ближе всего к партиям политического центра находится Партия экономического возрождения Крыма. С момента своего возникновения она придерживается позиции политического центра, которую разделяют мыслящие хозяйственники, предприниматели, управленцы. Неслучайно именно эти социальные категории составляют основу партии. Именно поэтому ее часто называют правящей и пытаются обвинить во всех сегодняшних трудностях. 

Ни одна из крымских партий, кроме ПЭВК, не предложила конкретной программы реформирования экономики Крыма, которая позволила бы разрешить и политические проблемы вокруг полуострова. Собственно, это даже не программа, а скорее метод, получивший условную формулировку «режим открытой экономики». К сожалению, эту объективную потребность для Крыма не разделяют другие партии и движения, ставящие иные политические цели. Для многих из них главное борьба за власть ради удовлетворения личных амбиций. 

В сложившейся ситуации Партия экономического возрождения Крыма вынуждена менять акценты в своей деятельности. Понимая, что нельзя эффективно проводить экономические ре формы, не решив принципиальных политических вопросов, связанных со становлением крымской государственности, партия более активно вторгается в политический процесс. Для этого нужно расширить социальную базу партии за счет привлечения в ее ряды новых членов и сторонников. А это в свою очередь требует ускорения разработки крымской модели развития на базе социально ориентированной рыночной экономики. 

По сути дела речь идет о более четком переходе ПЭВК на принципы социальной демократии. Это означает определенное смещение ПЭВК от центра влево, что продиктовано реальной обстановкой и объективными потребностями развития нашего общества. Именно социал-демократия может примирить многие враждующие сегодня стороны в борьбе за перспективу развития Крыма. Однако здесь не все так просто, как хотелось бы. Напрашивается несколько замечаний по этому поводу. 

Первое: Недопустимо искусственно подталкивать процесс формирования партии социальной демократии. Нужно прежде всего иметь в виду, что население Крыма переживает период глубокой политической апатии, социальной усталости и безразличия ко всем крупным и мелким драчкам за власть, в ходе которых еще в большей мере дискредитируется само понятийное содержание партии. 

Наши доморощенные политические маньяки в лице Ю. Мешкова и блока «Россия» в Верховном Совете своими бестолковыми действиями окончательно подрывают доверие не только к институтам власти, но и самой политике. Помимо этого нынешнее общество пребывает в состоянии социальной аморфности. Многие из них не осознали своих политических интересов в преобразовании действительности. 

К сожалению, из нынешних политических процессов практически полностью исключена интеллигенция. При благоприятных обстоятельствах она может серьезно пополнить ряды будущей социал-демократии. Даже большинство нынешних предпринимателей заняты удовлетворением своих ближних бизнес-интересов и находятся за пределами политики. 

Процесс окончательного вызревания политических партий возможен лишь в условиях экономической стабилизации, которая позволит закрепить социальную структуру общества, в результате чего можно будет более четко определить политические интересы различных социальных групп. 

Второе: Ни одна из сегодняшних политических партий не может обладать монополией на право называться партией социал-демократии. ПЭВК стоит ближе всего к этому, и она должна быть открыта для диалога и сотрудничества в этом плане с другими политическими партиями, стремящимися к социал-демократии. В Крыму это прежде всего партия СПРК. В перспективе также можно рассчитывать на вхождение в партию социальной демократии значительной части членов КПСС, не входящих сегодня ни в какие партии. 

Третье: Становление социал-демократии требует серьезной работы по теории вопросов развития нашего общества в постсоветский период с учетом опыта международной социал-демократии. Задача эта в рамках Крыма трудноразрешима, и для этого нужны широкие и постоянные контакты в международном плане с аналогичными партиями. Опять же ПЭВК, являясь партией с общеукраинским статусом, имеет преимущество перед другими крымскими политическими партиями. Отрадно также, что есть договоренность руководства ПЭВК с лидерами социал-демократической партии Украины о тесном сотрудничестве и взаимодействии. Нужны такие же тесные контакты с зарождающейся социал-демократией России и стран дальнего зарубежья. 

При этом необходимо иметь в виду, что в условиях хрупкой государственности Крыма, нерешенности многих вопросов между Украиной и Россией чисто крымских политических партий быть не может. Все они обречены на вырождение. Таким образом, можно однозначно ответить на вопрос, вынесенный в заголовок данной статьи: Крыму нужна партия социальной демократии как политический инструмент выхода из нынешнего хаоса нашей жизни. Но процесс ее становления непростой, относительно длительный и требующий к себе уважительного и ответственного отношения. 

Полностью отдаю отчет, что высказанные в данной статье мысли во многом субъективны и носят дискуссионный характер. Буду рад, если эта дискуссия приобретет конкретный характер, базирующийся на знаниях и высокой политической культуре. Пришло время критического анализа всего нашего состояния с целью цивилизованного решения существующих проблем. Пора переходить от политиканства к реальной политике.

А. ФОРМАНЧУК, 

секретарь Политсовета ПЭВК